Блондинка-попаданка

Но и, однако, с какой-то опаской. Хотя, судя по всему, дай ему волю, порвал бы он меня на клочки, не хуже Тузика с грелкой.

Ну, я ему тоже в долгу не осталась, вернула взгляд с процентами. Ещё и ледку из холодильника добавила. Леди я ему или не леди? А если леди — лёд должен быть обязательно!

Глаза бы ему, подлецу, выцарапать, чтобы не мог на меня так пялиться, да ногти, к сожалению, у меня неухоженные. Того и гляди, сломаются. Не в боевом состоянии, то есть. Нет, а что вы хотите? Думаете, просто так эта процедура проделывается? Ого-го! Да ногти привести в порядок — это целое искусство! Сколько их в солёной воде вымачивать, вы знаете? А без этого они прочности настоящей не наберут.

А затачивать… то есть обтачивать их правильно как, вы знаете? Я никогда себе пластик не приклеиваю, всегда своими обхожусь ну, иногда только, в особенных случаях, когда совсем зарез.

Зато когда ногти в полном порядке — да это же боевое оружие! Я вот, помнится, Олегу… ну, козёл, он козёл и есть… так харю расцарапала — скорую вызывать пришлось.

Так что крови я не боюсь — ни чужой, ни своей.

— Будем продолжать? — спросил капитан. Я так и не поняла: кого он спросил? Приняла на свой счёт. А что? Мне понравилось: прикольно пальцы щекочет. И подошла к следующему мешку.

А этот, расфуфыренный хмырь, тоже, видно, на свой счёт вопрос капитана принял, потому что сморщился весь, и морщины на его лице явственно написали: «а пошли бы вы фсе» — именно так, через «ф». Вот неграмотный!

Ну, капитан мне рукой и махнул: продолжай, мол.

Невежливо, между прочим! Мог бы и попросить, типа «Продолжайте, графиня!». Будто он не знает, как мне приятно это слышать! А что? Может, и не знает. Ну, ладно, поприкалываемся дальше.

Сунула я руки в следующий по ходу мешок, побалдела малость, когда мне ладошки пощекотило — и перешла к очередному мешку. А стрельцы — чего-то я охранников этих возле мешков стрельцами называть стала, они же с саблями стоят, значит, сабельники — взяли отмеченный мной мешок и тоже вывернули на пол.

И снова сухой стукотук черепушек. И понятые лапками своими сухонькими снова разгребают их. И снова кивают капитану: мол, подтверждаем и фиксируем.

Тут… я даже не поняла, что случилось: едва я наклонилась над следующим мешком, как вдруг крик, шум, лязг… Подняла голову — а этот хмырь, оказывается, крикнул что-то и на меня бросился… то есть хотел броситься, а его стрельцы… то есть сабельники, перехватили, даже сабли свои на пол бросили, оттого и лязг.