Метро 2666

Макс перестал шевелить губами и тут, раздался многомиллионный звон колокольчиков в носах всех присутствующих. Культисты и зомбоящеры подпрыгнули от счастья и замахали руками сильнее, напевая свежеиспеченный мимасик.

Макс оторвался от книги и мрачно поднял голову, посмотрев на гостей.

— Мне вот интересно, — не выдержала Юля и дерзко выступила вперёд, — нахрена тебе всё это?

— Как это нахрена? — Максимов бросил гневный взгляд на Юлю. — Посмотри на это, — он сделал широкий жест рукой, — всё это моё.

Они оглянулись, посмотрев на миллионы прыгающих культистов и сотни тысяч зомбоящеров.

— Не впечатляет, — прищурилась Юля.

— Юля, не троль Максимова, — зашептал испуганный Глуховский, — иначе не сдобровать.

— Спокуха, братуха, — ответила Юля, — ты теперь с нами в команде, а значит, в обиду не дадим.

Глуховский приосанился.

— Тогда посмотри на это! — и Максимов полез в карман.

Он вытащил руку и развернул ладонь. В ней лежало маленькое белое яйцо.

— Видишь?

— Вижу, — сказала Юля, — яичко.

— Нееет! — зашипел Максимов. — Посмотри внимательнее!

Он повернул яйцо другим боком и на нем появилась надпись:

«Макс Максимов»

— Это именное яйцо. Видишь всех этих зомбоящеров? Все они откладывают такие яйца. И на всех моё имя. Тысячи, тысячи именных яиц! Это урожай. Культисты превращаются в зомбоящеров, зомбоящеры несут яйца, это ферма!

— Ну яйца вроде не золотые, — усомнилась Юля, — что ты с ними собрался делать?

— Продавать, продавать, — нараспев запричитал Максимов, — сувенирные яйца с моим именем! Это бизнес!

Юля повернулась к друзьям:

— Ребята, это клиника.

— Не смей смеяться надо мной, женщина! — Макс Максимов стал видоизменяться.

Из живота вырос пучок псевдоподий, которые начали удлиняться. Они нервно дрожали и были облеплены маленькими чавкающими ротиками, испускающими едкую слюну.

— Шурик, дай ему кувалдой в морду! — взвизгнула Юля.

— Это слишком сложно для меня, — сказал Шурик, — я пропущу ход.

— Ааааа! — закричала Волкодав. — Опять у тебя синдром самозванца!

— А ну не смей обижать девушку, — крикнул Сергей.

Он стал подниматься по каменной лестнице к Алтарю и его мышцы играли под облегающими белыми трусами и рифленой маечкой.

Макс Максимов хохотал, а из его живота вырывались наружу всё новые и новые щупальца. Сергей приблизился к Максу почти вплотную, коснувшись своим накаченным прессом его дырявого от тентаклей живота.