Метро 2666

Его голос задрожал, и он поднял листок, показав залу и судьям. На рыхлой бумаге был нарисован человечек с мужскими гениталиями вместо носа.

— Это же картинка из твоей же книжки! — пробурчал Дядя Шурик в густую бороду.

— Иллюстрация! — прошипел Полярный, и гневно посмотрел на Шурика. — Иллюстрация великого художника эпохи!

Тут Полярного затрясло, глаза закатились, и он упал на пол.

— Лекаря! — закричал Глуховский. — Лекаря сюда!

Привели чумного доктора в защитной маске с длинным, птичьим носом.

— Биполярное расстройство, — произнёс он, затем воскурил благовония, прошептал заклинание, и положил Полярному на лоб пиявку.

— Дайте-ка мне, — протянул руку архиепископ Курпатов.

Получив листок в руку, он внимательно прочитал.

— Так, так, ну здесь полно еретических лжетеорий и запрещённой риторики о литературе. Секретарь, задокументируйте это, — он передал записку экзорцисту Максимову.

— Пока истец приходит в себя, вызываем первого свидетеля.

Максимилиан Максимов громко объявил:

— В зал суда приглашается господин Полярный Юпи Александрович.

Двери открылись и зашёл подросток лет четырнадцати, одетый в жакет, неприличных крикливых оттенков и пигашами на ногах. Он подошёл к Библии, положил руку и произнёс:

— Я, Юпи, из рода Полярных, клянусь говорить только правду.

— Юпи Александрович, расскажите, как вас похитили, — спросил кардинал.

— Меня не похищали, — ответил Юпи, — я сам к ним пришёл.

— Подробнее. Как так случилось, что такой хороший молодой человек попал под влияние еретического учения литературы?

— Душа моя невинна, — ответил Юпи.

— В сексе! — закричал очнувшийся Полярный. — Не нужно бояться экспериментировать в сексе! Я тебе для этого книжку купил.

Тот испуганно посмотрел на отца.

— Юпи, сынок! — воскликнул Александр. — Вернись домой. Прекрати эту еретическую деятельность. У меня есть связи в АСТ, мы тебя напечатаем, мы с тобой мир завоюем!

— Пап, прости, но твои книги — говно.

— Ааааа! — закричал Полярный и чумной доктор стальными щипцами положил ему ещё две пиявки на голову. — Вы это слышите? — он обратился к судьям.