Приключения Бобового Зёрнышка

Я вздыхал, не понимая, почему мне так плохо, словно я нашел большой кусок сладкого лакомства и забыл куда положил.

- Послушай, Зернышко, - ласково склонилась надо мной Валькирия. – Мне надо знать, что именно произошло в том замке, где ты получил нас.

- На задницу себе, - прыснул Черт и замолк под тяжелыми взглядами сразу двух женщин.

И я его понимал, мне и с одной монашкой тяжело бывает, хотя она меня и не трогает почти, лишь иногда, когда звереет и всем достается от нее, лишь тогда и перепадает мне. Но не чаще чем раз в месяц.

Правда по нескольку дней, но все остальное время она спокойна и даже ласкова.

- Мне это нужно, чтобы помочь всем нам. Я понимаю, что ты ничего не можешь рассказать. Понимаю, что ты ничего не помнишь, но я могу узнать. Если ты мне это позволишь.

Вот как будто у меня был выбор. У свиньи, что ведут на бойню, тоже есть возможность выбора, либо сразу сдохнуть, либо дождаться когда тебе помогут. Вот и я сейчас был той самой свиньей. Я мог отказаться. Мог, но то, как потирал кулаки Черт и, то, как улыбалась Суккуба, не обещало ничего хорошего.

А вот улыбка Валькирии сулила нечто большее, но что я тоже не знал.

- Ложись сюда, - Валькирия указала на примятые мною же цветы, – и ничего не бойся.

- Стой! – Суккуба подскочила к нам, села возле меня, приподняла мою голову и положила себе на колени. – Ничего не бойся! – она улыбнулась, прикоснулась пальцем к моим губам, наклонилась. – Ничего, - прошептала она чарующим голосом, – не, – ее взгляд стал мутным, и в мути этой я сумел-таки разглядеть отблески спокойствия и блаженства, – бойся, – ее губы коснулись моих, и я ощутил во рту ее гладкий язык.

- Ах, ты ж старая хитрая… - хохотнул Черт, но я больше ничего не видел и не слышал. Я лишь почувствовал, как на мой лоб легла горячая рука Валькирии, я лишь видел полные необъяснимого счастья глаза Суккубы. И больше ничего.

Перед моими глазами мелькали картинки, но зацепить что-то у меня получалось крайне редко. Я видел господина старшего повара, недовольно потрясающего полотенцем, видел лупящих меня и скалящихся подмастерий, видел сбегающий на печь соус.

Это все я сумел хорошо рассмотреть, но дальше. Дальше картинки мелькали слишком быстро. Мне стало страшно, я заворочался и получил еще один долгий поцелуй от Суккубы. После него меня уже не волновали мельтешащие картинки. Да меня ничего больше не волновало, лишь бы поцелуй не прерывался. Но он прервался. И, наверное, как всегда на самом интересном месте.