Всё хорошо, что хорошо кончается

Люди верили, что Око видит правду.Появился странный чужак, он был мал и слаб. Его заперли в Храме. Народ решил, сбываются слова пророчества: «когда утративший силу займёт своё место...»

Туула хмыкает и усмехается краем губ.

— На другой день пришли посмотреть, что случилось с чужаком. Верили: Око явит силу, и что-то произойдёт. Но не было больше ни Ока, ни чужака. Куда и как они могли уйти, неведомо.

— Вообще-то ведомо, — говорю я. — Скарри прорыл отсюда ход, прихватив ваше Око, то есть Грызельду. Никакой это был не глаз богини, а яйцо здоровенной твари, пожирающей землю, которая едва не наделала бед.

Вопреки моим ожиданиям, Туула не выглядит поражённой этими новостями.

— Если чужак украл Око, богиня могла наслать на него любую кару, — сухо отвечает она и направляет беседу в другое русло, нисколько больше не интересуясь судьбой Скарри. — Вы спрашивали о женщине, имя которой Нела. Однажды я выслеживала барана и нашла её, израненную, ползущую по снегу. Он был при ней.

И Туула указывает рукой на обугленное тело.

— Она волокла его за собой и разговаривала только с ним, а меня будто не замечала. Видно, это кто-то важный для неё. Насилу разжали её руку. Когда Нела смогла нас понимать и узнала о пророчестве, она сказала, что ему самое место в Храме. Вы знаете, кто это был?

— При жизни он был могущественным человеком, — отвечает Гилберт, хмурясь, и в голосе его мне слышится печаль. — Как бы то ни было, однажды он спас мне жизнь. А потом... словом, можно согласиться, что теперь он утратил силу.

— Как только встала на ноги, принялась искать путь обратно. Надолго уходила, возвращалась едва живая. Однажды сказала, встретила людей из своего племени. Ушла к ним. Она бросила искать путь, решила найти мёртвый город, чтобы исполнить пророчество и снять проклятие с наших земель. Нела верила, что так сможет вернуться домой.

— Тогда и нам нужно к мёртвому городу, — решительно говорит Гилберт. — Покажете, где он?

— Не знаем, — отвечает ему Туула.

Гилберт вздыхает и крепко о чём-то задумывается.

— Другой дороги для нас нет, — наконец говорит он. — Вот только спутников своих я бы на время оставил с вами...

— Даже не думай, — хором произносим мы с Тилли и Андраником.