Всё хорошо, что хорошо кончается

И если помнишь, именно я пытался вернуть вас в уютное и безопасное место, прежде чем двинуться дальше, так что не стоит меня сейчас ни в чём упрекать.

— Я и де упдекаю, — великодушно говорит Андраник и сморкается в шарф.

Тилли воздевает руки к небу (при этом у неё из-под мышки выпадает саквояж).

— О боги! — изрекает она. — С кем я только связалась! Колдун, который не умеет ничего полезного, не очень умный принц...

— Вот не надо так об Андранике, — говорю я. — Он же и обидеться может.

— К сдову, Тидди, — шмыгает Андраник, — я ведь так и де спдосил, как ты здесь очутилась.

Я ожидад, чдо за мной кто-то божед последовадь, и пдедподагал, что это может быдь пдинц Сильвер — а-ап-чжгхи! — а раз так, то и пдинц Гидбедт. Но как же ты оказадась в их компадии?

— Это они оказались в моей компании! — сердито говорит Тилли, поднимая с земли саквояж и отряхивая его. — Всё королевство стоит на ушах, но никто особо не догадывался, где вас искать. Это я уговорила Сильвера помочь в поисках, а то бы ему и дела не было до случившегося.

А Гилберт оказался с нами лишь потому, что Сильвер сам не сообразил, куда вы могли отправиться.

— Дадо же, — расчувствовался Андраник. — Мы, кодечдо, всегда были добдыми знакомыми, но я и не думад, чдо — а-а-чхи! апчхи! — тебе настодько не бездазличда боя судьба.

— Хе-хе, добрыми знак... — успеваю я произнести до того, как давлюсь шарфом.

— Я был готов к чему-то подобному, — довольно замечает Гилберт (и это был его шарф). — Знаешь, Сильвер, есть вещи, над которыми подшучивать не стоит.

— Вот именно! — и Тилли сердито суёт мне под рёбра острый кулачок, который я ощущаю даже сквозь тёплый камзол и плащ.

— Чдо дакое? — недоумевает ничего не понявший Андраник.

— Ничего особенного, — успокаивает его Гилберт. — Ничего, на что стоило бы обратить внимание.

Не знаю, как долго мы бредём, но, похоже, проходит порядочно времени, потому что даже хелб, лежащий в саквояже Тилли, начинает казаться мне аппетитным, ноги устают, а глаза слипаются.Гилберт по пути начал собирать подсохшие плети корней, и сейчас у него уже немалая охапка.

Мы с Андраником тоже несём немного. Удивительно, но этот парень до сих пор умудряется не жаловаться, хотя из всех нас ему наверняка хуже всего.

Наконец мы останавливаемся, укладываем собранное на землю и разводим костёр. Огонь горит недолго, быстро пожирая сухую древесину, но времени хватает, чтобы поджарить хелб. В таком виде он заметно вкуснее.Сбившись в кучу у стены, чтобы было теплее, мы постепенно засыпаем.