Всё хорошо, что хорошо кончается

Тут из лаза выныривает голова Диппи.

— Ух, — возбуждённо говорит он, — ну и дела! Разные времена бывали, но так сильно земля ещё не промерзала. Представляете, подземную реку покрывает лёд! Я его раньше только в Предальних Пещерах и видел!

— Лёд, — выдыхает Тилли и бессильно оседает вдоль стены. — Значит, вода замёрзла. Ха-ха. Так, возьми себя в руки, Тилли! Всё хорошо!

Затем она долго пытается достать что-то из кармана трясущимися руками, извлекает флягу, роняет пробку и делает огромный глоток.

— Лёд крепкий? — между тем интересуется Гилберт.

— Меня выдержал, — отвечает Диппи. — Я даже покатался немного. Весело!

— Так, всё! — заявляет Тилли. — Я вперёд!

Она сматывает и роняет на землю шарф, затем принимается сражаться с застёжкой плаща.

— Замёрзнешь же! — отеческим тоном произносит Гилберт и вновь её укутывает.

— Иначе здесь не пролезть! — спорит Тилли.

— Мы расширим этот участок, — предлагает Диппи. — Чтобы вам легче было добраться до реки.

— А я пока съезжу за припасами, — говорит Скарри.

— Не то чтобы я любил корешки, — ворчу я, — но можно и пообедать.

— Корешки, говоришь? — хитро улыбается король норятелей. — Ну, я тебя удивлю. Нас тут научили готовить одно знатное блюдо...

Пожалуй, никто не ждал возвращения Скарри с таким нетерпением, как я. Даже Тилли, которая всё порывалась ползти вперёд, никого не дожидаясь. Наконец вдалеке замаячил зелёный свет фонарика, а вскоре и сам Скарри подкатил к нам.

— Чего так долго-то! — кричу я. — Где там твоё блюдо, давай его сюда! В нём есть мясо?

— Сильвер, Сильвер, погоди, — пытается успокоить меня Гилберт. — Дай ты ему хоть на землю спуститься.

Много он понимает в голодных людях, которых ещё и раздразнили!Скарри роется на дне тележки и наконец подаёт мне увесистый свёрток.

— Вот, — довольно говорит он. — Это хелб.

— Что? Не знаю такого блюда, — говорю я, принимаясь разворачивать тонкую ткань.

Я очень стараюсь скрыть разочарование, но не уверен, что выходит хорошо. Когда Скарри интересуется, по нраву ли мне еда, моё «вкусно» звучит уж совсем грустно, потому как я уже знаю, что у хлеба вкус корешков и он несолёный.

— Кто-то ещё хочет перекусить? — спрашиваю я. — Хелб, ребята!.. Что ж, остаток я заверну. Нельзя же всё съедать сразу.

Гилберт с подозрением глядит на меня, но ничего не говорит.Тилли сердито топает ногой.