Постмортем

Её всего лишь высекли и кинули в подвал, а вот группе подозрительных мужчин, пойманных с ворованными драгоценностями, повезло куда меньше: никто из дворцовой прислуги их не узнал, поэтому мародёров, не утруждаясь делопроизводством, допросили и по приказу Вильгельма повесили в саду.

Первый министр взвалил на себя почти всё, что касалось обороны, и Жози это не нравилось: она искала в его поведении хоть что-то подозрительное, но не находила – и это парадоксальным образом только укрепляло её во мнении, что что-то нечисто.

Всё это Тальфу рассказывала сама новоявленная королева, когда приходила его проведать и спросить, как идут дела.

Дела шли неплохо, но слишком медленно, и молодой человек очень боялся не успеть. Разумеется, он мог всё провернуть по памяти, но в таком случае слишком велика была вероятность ошибки, которая привела бы к огромной трагедии, а на проверку и перепроверку требовалось много времени и внимания.

Где-то через час после того, как Тальфа осенило, кучер привёз во дворец из дома молодого человека Клауса и полный экипаж книг, склянок и баночек с ингредиентами.

Гренадеры Альбрехта, потихонечку окружившие дворцовый холм, пока вели себя спокойно и не препятствовали проходу и проезду — видимо, их командир был слишком уверен в неизбежности своего триумфа.

Крыс тут же включился в работу и принялся помогать с поиском нужных страниц в книгах, а когда всё было выверено, он же искал на запах большинство трав.

Несколько раз Тальфа охватывало натуральное отчаяние: для исполнения задуманного требовалось очень многое, но нужных предметов либо не было, либо были, но не в том количестве, либо выяснялось, что их куда-то унесли и никто не знает куда, после чего приходилось переворачивать вверх дном весь замок.

— И где ты планируешь это устроить? — Жози встретила юношу, за которым следовала пара носильщиков, у парадного входа во дворец.

Тальф огляделся. Площадку окружал сад — аккуратно подстриженные деревца и кусты, гравийные дорожки, цветущие клумбы, фонтанчики и статуи.

Вдалеке белел небольшой мраморный портик. Все места были одинаково неудобны, поэтому юноша ткнул пальцем практически туда же, куда смотрел.

— Там.

Девушка вздохнула:

— Эх. Если бы главный садовник не был уже мёртв, то точно не пережил бы такое надругательство над своим детищем.

— Я ему не скажу, — пообещал Тальф.

— Что? — округлила глаза королева.

— Он сейчас работает у нас. Ну, не совсем он, его призрак. А ты не знала?..