Рыцарь пентаклей

Несколькими днями позднее, в самый тёмный предутренний час, когда с реки в город заполз туман, липкий настолько, что им можно было клеить обои, у мрачных стен дома Орди собралась дюжина чёрных карет. Они не были такими же роскошными, как та, на которой ездил сам лорд Ординари, но производили столь же сильное впечатление. Тщательно проинструктированные кучера не говорили ни слова, пряча лица под чёрными капюшонами, - и это вносило свою лепту в поддержание таинственной атмосферы.

Помимо всего прочего, доставка будущих членов тайного ордена в особняк преследовала вполне прагматичные цели: после прогулки по ночному Брунегену было бы слишком долго искать их ограбленных, раздетых и, вполне возможно, мёртвых, в сточных канавах.

Зрелище впечатляло. Наёмные стражники в начищенных доспехах выстроились вдоль кроваво-красной ковровой дорожки. Двор ярко освещали факелы, и в их свете сквозь дымку тумана беззвучно тянулась вереница фигур в непроницаемых чёрных балахонах с высокими остроконечными капюшонами.

К сожалению, некоторые из фигур портили мистический момент немистическим зеванием и почёсыванием боков.

Орди стоял у окна тёмной комнаты и наблюдал за процессией, стараясь слиться с плотными шторами.

- Начинаем! – он отпрыгнул от окна, быстро добежал до центра комнаты, надел капюшон и соединил ладони на уровне груди, пряча их в широкие рукава балахона.

- Как я выгляжу? – спросил он у дворецкого, который носил белоснежную рубашку с пышным кружевным воротником и чёрную накидку с багровой подкладкой.

- Прекрасно, милорд, - ответил Вортсворт.

- Тогда прикажи внести свечи и позвать хор, а сам иди встреть гостей.

- Как угодно, - дворецкий испарился. Спустя половину минуты двери комнаты открылись, впуская троицу пожилых служанок с подсвечниками и вереницу людей в таких же балахонах, как на Орди и его гостях. Один из них – ниже и круглее прочих - нёс сверкавший в пламени свечей тромбон.

- Это ещё что такое? – просипел Орди, которого при виде инструмента едва не хватил удар.

- Это Винни, - отозвалась фигура по соседству. – Мы ему говорили.

Винни вскинулся:

- Нет, ну а где мне его было оставить? Где? Инструмент-то дорогой. Да и я подумал: а вдруг понадобится не только спеть, но и сыграть?

- Его жена из дома выгнала, - пояснила та же фигура, что раскрыла имя виновного хориста.

- Быстро, - не тратя время на объяснения, Орди подскочил к тромбононосцу, отобрал инструмент, поставил его к окну и резко задёрнул шторы.