Солнце цвета стали

Глядя, как того уносят с арены, он думал, что нескоро воин в щегольском панцире сможет ходить, и уж тем более - сражаться.

После этого боя победителю не позволили уйти под трибуны, Арнвид лишь обтер ему лицо влажной тряпкой и дал напиться.

- Сейчас решится, с кем ты сойдешься в последней схватке, - сказал Хаук. - Вон тот здоровяк, что идет с того конца арены, и есть Бузислав.

Ивар вгляделся.

Знаменитый русич казался не таким могучим, как побежденный викингом стражник, но для искушенного взгляда он выглядел куда опаснее.

Каждое его движение было грациозным, точно у танцора, а ступал он по песку так мягко, словно весил не больше, чем кошка.

- Опасайся ударов с любого направления, - говорил конунг, глядя за тем, как Бузислав легко, точно играючи, уходит от ударов соперника, - он использует множество обманных финтов. Не забывай следить за ногами... Оп, вот и все!

Выбитый ловким выпадом клинок сверкнул, точно вобрав в себя свет нависшего над краем трибун солнца, и вонзился в песок, войдя в него чуть ли на треть.

Невысокий широкоплечий воин с падавшей на плечи гривой черных волос, только что неистово метавшийся по арене, замер, растерянно разведя руки.

Похоже, он так и не понял, как лишился оружия.

Трибуны зашлись в ликующем вое.

- Вот так! - сказал Арнвид. - Зазевался, и все.

Черноволосый уходил с арены, низко опустив голову. Он проиграл, хотя и не получил ни единой царапины. Но от этого ему, должно быть, было еще горше.

- Они любят этого парня, - проговорил Хаук, помогая Ивару надеть шлем.

- Никто не ждет, чтобы победил ты. Никто этого не хочет, разве только те сумасшедшие, что поставили на тебя.

- Помни о том, что среди них и мы, - серьезно сказал Арнвид. - И сражаешься ты не только за себя, но и за всех нас, за дружину.

А на арене надрывался глашатай - горло ему, похоже, подлечили, и из голоса пропала хрипотца.

- В решающей схватке Игр, - вещал он так истошно, что у всех ворон в округе должен был случиться приступ паники, - сойдутся... Ивар Ловкач из Трандхейма!

Ивар вступил на песок, который выглядел уже не желтым, а серым, под оглушительный свист.

Хаук оказался прав, его здесь очень даже не любили. Где-то в сердце родилась холодная, чистая ярость.

- ...и, - глашатай сделал паузу, - победитель Игр последних пяти лет, русич Бузислав!

Свист сменился ликующим ревом.

Ивар глядел на противника: русая борода, серые глаза под коническим шлемом, спокойное лицо, и не находил никаких причин для неприязни.