Солнце цвета льда

Столкнули корабль на воду, и заработали веслами, выгоняя из тела сонную одурь, разогревая мышцы, наполняя тела здоровой мощью.

Арнвид сидел на носу нахохлившийся, согнутый, вчера отдал все силы, и словно постарел еще лет на десять.

- Чудные места, - сказал Ивар, когда солнце поднялось выше и начало припекать. – Хотя человек где только не живет… Там, где и тролли с альвами жить не смогут, и цверги сбегут, проклиная все на свете.

- Это уж точно, - проворчал старый эриль.

Холмистый берег, похожий на лохматую зеленую шкуру, уходил назад, в кронах резвились обезьяны, долетали их вопли.

Затем лес оборвался, за небольшим мыском начались поля, а на водной глади обнаружились лодчонки.

- Вот и люди, - Ивар поднес ко лбу ладонь, чтобы прикрыть глаза от слепящего солнца.

В утлых посудинках, каждая едва больше корыта, возились обнаженные по пояс мужчины, мелкорослые, точно мальчишки.

Драккар заметили, раздался тонкий крик, на мгновение все замерли, а затем дружно погребли к берегу.

- Хм, неужто сталкивались с викингами? – задумчиво вопросил Арнвид.

Местные торопились так, что едва не выскакивали из суденышек, лупили веслами по воде, летели брызги. На берегу, за полями виднелась деревушка – округлые хижины с остроконечными крышами, дымки над ними.

- Ну это вряд ли, - заметил Ивар. – Тут могут быть свои не хуже нас, что любят пограбить.

Лодчонки достигли суши, рыбаки помчались в сторону деревни так, что засверкали босые пятки. Меж домов поднялась суета, ветер донес детский писк, женские крики, мычание недовольной скотины.

Драккар подошел к берегу медленно, с достоинством, вытаскивать его целиком не стали – вдруг придется срочно отплывать.

- Оставайтесь тут, на землю не сходите, - велел Ивар.

- Но как же так? – возмутился Нерейд, и многие поддержали его недовольным гулом. - Мы что, и свежего мяса не добудем? Никого не зарубим? За девками по кустам не побегаем?

- Не для того так далеко забрались, - сказал Ивар сурово.

Спорить дальше никто не стал, хотя видно было, что дружинники недовольны – ворчат, как собаки над старой костью, башками крутят, глазами сверкают, и даже на лице Гудрёда недоумение.