Хроники Щита и Меча. Серебряный ошейник

Надеюсь, нальют, – с жалобным выражением лица добавил Ростислав.

– Не дрейфь, старина, прорвемся, – Руслана плюхнулась на кровать Игоря, задрав ноги.

Оборотень попытался было до них допрыгнуть, но, к счастью для рыжей, у него ничего не вышло. Тогда Рудольф обиженно повернулся вокруг своей оси, сел и начал чесаться, быстро двигая задней лапой.

– А он милый, – проговорила Руслана.

– Ага, милый. Тогда следующую ночь он спит у тебя, – проворчал Ростислав.

– Следующую? Это почему? Зачем нам здесь его держать еще сутки? – удивилась Руслана.

– Давайте просто снимем с него этот проклятый ошейник и отправим малыша домой.

Открылась дверь.

– Слушай, и как мы раньше не догадались, а? Всего-то и надо, что ошейник снять! – наигранно удивился вошедший Игорь.

Он нес стакан с молоком и поэтому сильно не возмущался, боясь расплескать его. Увидев новую жертву, Рудольф кинулся к парню наперерез. Тот, не ожидая такой внезапной атаки, разжал пальцы, и стакан полетел вниз. Миг – и он замер в паре сантиметров от пола.

– Фух! Успел, – Ростислав довольно зажмурился.

– Спасибо, – искренне поблагодарил его Игорь, вытирая лоб тыльной стороной руки. – Пей, давай, не захлебнись, – буркнул он, поднимая стакан с пола и наливая молочко в блюдце.

– Ну, так что там с ошейником? – бодро спросил он у друга. – Еще не разобрались, как его снять с бедного пса?

– Что? Он не снимается? – ошарашено воскликнула Руслана. – А что, такое бывает?

– Бывает, – противным голосом передразнил ее Игорь. – Серебро, из которого выплавлен ошейник, не простое, а золотое.

Ну, в смысле, там какой-то странный сплав, он не поддается ни одному заклинанию. А пока этот ошейник на нем, о превращении обратно в человека можно забыть, – вынес он неутешительный вердикт.

– И… И что теперь делать? – растерянно подняла глаза на парней Руслана. – Себе мы его оставить не можем, долго скрывать от директрисы Рудольфа не получится… Бросать его тоже нельзя, он же еще совсем ребенок, – она взглядом указала на щенка, вовсю гоняющегося за своим хвостом.

Молоко он частично вылакал, частично разлил, наступив в блюдце лапой. – Сам домой оборотень точно не вернется…

– Пульхерия что-нибудь придумает, – сказал Ростислав. – Пойди к ней с повинной, завтра уже и забудешь об этой лохматой проблеме.

– Ага, – мрачно поддакнула Руслана. – И об аттестате тоже забуду. Буду стоять на улице и держать справку об отчислении. Если начнем говорить об оборотне, то придется рассказать, откуда он у меня вообще взялся.