Великолепный самозванец

У меня есть уже план, если только вы согласитесь на короткое время сыграть роль, едва ли соответствующую вашему высокому положению.

– Бросьте, я играл такую роль всю свою жизнь или, по крайней мере, последние четырнадцать лет, – рассмеялся он. – Невзгоды сделали меня толстокожим, друг мой, но они не лишили меня воли и не сделали из меня труса. Говорите же, кем мне придется притвориться? Свинопасом? Нищим? Ну же, рассказывайте, что у вас за план, друг мой, я не боюсь и не стыжусь играть какую-то роль, если вижу в этом необходимость.

– По мне лучше всего было бы, если бы его преосвященство представил ваше высочество как есть, – начал я, – но, поскольку, это, очевидно, не входит в его намерения…

– Забудьте об этом, – перебил он меня. – Его преосвященство считает, и я с ним полностью согласен, что, если он так поступит, мои русские люди испугаются, заметив суету вокруг меня, увидят в этом заговор Рима с целью через меня убрать Восточную церковь, которой они крайне привержены. Поэтому Рим держится в стороне, точнее держится незаметно в тени, чтобы выступить вперед, когда настанет подходящее время.

Я услышал в этих словах осторожность, основанную на подлинной мудрости, и приступил к изложению своего плана о личном участии царевича. Этот план был сердечно встречен и одобрен его высочеством, так что моя первая встреча с этим удивительными молодым человеком завершилась весьма удачно.

Мой отец с волнением ожидал окончания встречи. Я вернулся к нему сияющий и полный оптимизма.

– Теперь вы убедились, сын мой, – произнес он. – Можете не отвечать, я вижу по вашим глазам.

– Он принц из принцев! – ответил я с воодушевлением. – Можно лишь смиренно мечтать, чтобы Провидение избрало такого принца для продвижения столь великого и чистого дела на благо Его церкви на земле!

– Отлично сказано, сын мой, – сердечно признал мой отец. – Будьте уверены, что Провидение в самом деле избрало инструмент, с помощью которого это великое дело будет доведено до конца. Кто, как не сам Господь вырвал это дитя из когтей убийц, направил его в безопасное место, вскармливал и лелеял его долгие годы на чужбине? Для какой цели, как не для этой он возвратится однажды к своему народу, отклонившемуся от учения единственной истинной церкви или не познавшему доселе спасительное знание, которое приведет его, в конце концов, в лоно Христово?

– Это великая цель, ради которой мы будем трудиться, отец, и молиться о ее достижении, – ответил я.