Магистры пятого знака

Да и сами эти ужасы кажутся уже не такими леденящими душу, если на них не просто глазеть, а еще и комментировать увиденное. И тогда выясняется, что у некоторых и клыки могли бы быть побольше, и походка чересчур вихлястая, и кровь слишком похожа на подкрашенную воду. Да мало ли можно найти недостатков, если взглянуть критически?

Крогул недоуменно поглядывал на хохочущих магистров, явно опасаясь за наше душевное состояние. Наверное, он не знал, что самая лучшая защита от страха – смех. Конечно при условии, что смеющийся не слетит с катушек.

- Мужики, вы не сильно устали? Лес уже закончился, - вклинился Ухтырь в паузу между анекдотами, которыми как из пулемета начал строчить Загоруйко. Видения и привидения нам к тому времени порядочно надоели, а желание посмеяться осталось. – Вон уже и деревню видать.

- Тогда веди на постоялый двор, будем устраиваться на ночь, - распорядился я.

- Тут нет постоялого двора. Деревушка слишком маленькая: два раза по столько дворов, - крогул растопырил пальцы обеих рук.

Понравившийся нам домик оказался шестым по счету. Он был не самым красивым в селении, зато по размерам заметно выделялся среди других.

- Хозяин, постояльцев на ночлег принимаешь? - закричал карлик, тарабаня в калитку.

На порог вышел мужчина лет сорока с массивной дубиной, обитой кованым железом:

- Смотря с чем пожаловали, гости дорогие. С добром, или со злым умыслом?

- Да не волнуйся! С добром идем, и немалым, - скороговоркой промолвил Ухтырь, и показал над забором золотую монету.

- И то правда, - улыбнулся мужик. – Прошу в дом.

Он открыл калитку, но с дубиной расставаться не спешил. Только в сенях хозяин поставил оружие в дальний угол, давая понять, чтобы мы сделали то же самое. Видя нашу нерешительность, успокоил:

- Не волнуйтесь. В доме Длонга еще ничего не пропадало.

Разоружившись, мы зашли в просторную гостиную.

- Мужики, вы пока посидите здесь, а мы поговорим с хозяином, - взял на себя роль устроителя карлик.

Через пять минут все трое вернулись: две сияющие физиономии и одна недовольная. Не любит наш казначей с деньгами расставаться, хоть что с ним делай!

- Он мне всю торговлю поломал, - пожаловался на студента домовитый карлик. – Прав я был, ой как прав! Нельзя вам деньги отдавать. Выложить десять монет за одну ночь! Да я бы за три сторговался.