Серсейкины слоники

Пока храдрим спускался по веревочной лесенке, он обдумывал, чем из обретенных в Королевской Гавани сокровищ стоит пожертвовать. Вряд Саурона заинтересует чудесный плащ и блестящие бусы, наверняка у него полные сундуки такого добра. А вот за волшебное кольцо его скорее всего пощадят, владыка же любит всякие магические штуки?

Душа Казар’Тхи протестовала против того чтобы расставаться с этим необъяснимо прелестным артефактом, но разум считал, что лучше быть живым и без кольца, чем мертвым... и все равно без кольца. Погонщик остановился в двух шагах от владыки, опустился на одно колено, и медленно протянул кольцо ему.

Саурон недоверчиво, двумя пальцами принял подношение... и на секунду замер, словно не веря своим глазам. Потом так же медленно надел прямо на бронированную перчатку — колечко услужливо расширилось. По ободку пробежала огненная рябь, складываясь в пылающую надпись. Что-то странное происходило и с самим владыкой — доспехи больше подрагивали на ветру, лишь слегка вздымались в такт дыханию.

— Это достойный подарок, — наконец, произнес Саурон после долгого молчания.

Он покровительственно похлопал Казар’Тхи по плечу и, обойдя его, зашагал к олифанту. Карабкаться по веревкам было, наверное не по-властелински, и погонщик оглянулся посмотреть, как владыка решит эту проблему.

Саурон лишь слегка кивнул в сторону зверя, а орки и тролли уже бросились к его передней ноге, уперлись, вскарабкались друг другу на спины.

— Значит, вы королева Серсея? Я — лорд Саурон. Добро пожаловать в мою крепость Барад-дур.

— Я рада знакомству с вами.

Она смерила взглядом не смеющую даже вздрогнуть пирамиду, потом оперлась на предложенный локоть и неловко выбралась из корзины. Владыка проводил королеву до твердой земли — и лестница тут же распалась, еще чего не хватало — какой-то черни почет оказывать.

Сначала спустились отважные лучники, а последним — телохранитель Серсеи. Веревки под ним трещали, грозясь оборваться, но все-таки выдержали. Громадный рыцарь, как всегда, остановился в двух шагах от королевы. Казар’Тхи поднялся с колен, отряхнулся и встал рядом — то ли подсознательно не хотел расставаться со статусом героя, то ли памятуя об обещанной награде.

Саурон вежливо пригласил Серсею разделить с ним ужин.