Адепты меча и условностей

Вот и артефакты кому попало давать нельзя. Хуже будет. И знаешь что? Это я тебе вот так спокойно объясняю. А мне эти простые истины небесный рыцарь, в отряде которого я тогда ходил, втолковал куда более... наглядно. Он у нас вспыльчивый был, очень. Думаю — седло у его пегаса маленько жестковатым было, потому и не в духе постоянно.

Вольфгар тихо засмеялся. Отан поднял взгляд и увидел, что архимаг внимательно разглядывал горизонт. Воспоминаниям, что ли, придавался? Сколько же старику лет?.. И через сколько боёв он прошел, делая карьеру от ученика до героя-мага? Новобранцы — воины, лучники и даже служки — недолюбливали начинающих волшебников, считая их вздорными сынками знати.

Но к седовласым колдунам все относились с уважением — как к людям, всецело посвятившим себя опасному ремеслу. Интересно, когда и как происходило это превращение.

— Хотя... знаешь что? — Вольфгар внезапно улыбнулся. Так искренне, что от его глаз разошлись лучики глубоких морщин. — Тебе известно, что раньше наши разведчики не пользовались луком? Они всюду таскали с собой настоящего, живого сокола, который и бросался на врагов?

Отан кивнул.

— Мне кажется, старик Ардобет, будь Небесный Отец милостив к его душе, передал мою идею насчёт артефактов дальше. Он хоть и разозлился тогда жутко — но это, небось, за свои побрякушки испугался. Раздобыл себе где-то некромантский клинок с черепом на эфесе. Трясся над ним жутко. Подумал, наверное, что я его игрушку отобрать хочу. Но ведь мысль, согласись, дельная. Не просто так и тебе в голову пришла.

Хочется думать, в том, что следопытов теперь снаряжают зачарованными стрелами, есть немножечко и моей заслуги.

Когда они закончили разговор, было уже совсем поздно. Отан переоделся в новое и бегло просмотрел листок с инструкциями. А затем его сморил сон.

***

Лотар раскрыл ладонь. Над ней разгорелся огонёк. Совсем крохотный. Мертвенно-зелёный.

— Я всё-таки стану магом. — Он улыбнулся.

Отан подумал, что взгляд брата изменился. В нём чувствовалось безумие. Хотя хотелось верить, что так только кажется — из-за странных отметин Мортис.

Чёрных клякс, похожих на цирковой грим. Всё походило на дурной сон. Не могло быть правдой.

— Ты что придумал? Ты будешь служить этой... сгнившей?

Брат помрачнел.

— Почему-то я думал, что ты будешь рад. Знание — оно ведь одинаковое. Что под дланью Небесного Отца, что под знамёнами проклятых. Да хоть в пламени Бетрезена — магия остаётся магией. Ты вот тоже мог бы... Всё равно Империи не нужны таланты — сам ведь видел.