Герой по имени Кигус

В ответ раздалось невнятное мычание. Не обращая на это внимания, герой вывел лошадку наружу и накинул на неё седло.

– Ну что ж. Вперед, навстречу судьбе, – пробормотал он, будто бы собираясь с силами.

– Знаешь, может всё же в другой раз? Когда погодка поудачнее будет, а? – льстиво забормотал дух приключений, – даже в твоем сне было ясное небо!

– Ну и что? Зато приснился он мне вчера, поэтому ехать нужно сегодня. А пока доберусь – там и дождь закончится, – оптимистично заявил герой. Он забрался в седло и поехал по дороге в город.

Будь Кигус не очарован своим «вещим сном», он бы уже недалеко от города понял, что вокруг творится неладное. Ведь многие путники, что шли навстречу ему что‑то бурно обсуждали. Раньше бы герой прислушался к их разговорам, но сейчас его мало что волновало. Однако краем уха он все же успел расслышать, что обсуждают какое‑то выступление.

– Как‑то многовато людей, – пробормотал дух приключений, – может домой лучше? А то глядишь, узнает кто тебя….

– Наоборот, я в толпе затеряюсь, – отмахнулся герой.

– С твоим‑то видом? – усмехнулся невидимка, – да, не заметить в толпе здорового мрачного мужика будет трудно. Конечно, тот наряд от лорда Альтура тебя здорово замаскировал, но я думаю, что…

– Лучше бы тебе помолчать, – прервал его рассуждения Кигус, – тут вон, какая толпа собралась. Интересно, чего они там забыли?

Герой подъезжал к городским воротам. Отсюда было видно, что возле них столпился народ. Людей было столько, что даже в город было не проехать.

Это было немного на руку Кигусу. Пока все отвлечены, он мог легко протиснуться в город и добраться до кабака. Так что он спешился и, взяв лошадь под уздцы, осторожно двинулся сквозь толпу. Зрители нехотя расступались перед ним, ворча, что он мешает смотреть представление. Герой особо не вслушивался, что там, на сцене, происходит. Просто шел себе и все.

– Да что же там такое, – воскликнул он, заглядывая в просвет между зеваками. А там было нечто.

На одной половине помоста стоял тощий паренек. На нем был надет холщовый мешок, а с головы свисали пучки соломы – импровизированный парик. В руке была палка с перекладиной, изображавшая меч. Вторую половину сцены занимала большая простыня, удерживаемая двумя актерами.