Лёха - сокрушитель Вселенной

Он чувствовал, как ветер ласково треплет его по волосам, а сладкий воздух, напоённый ароматом свежей травы, щекочет лёгкие.

– Лёха? – раздался голос Петровича. – А как спускаться будем?

Лёха осмотрелся. Они вдвоём стояли на крохотном уступе, на самой высокой точке руин. Герой плюнул вниз и проследил за полётом харчка.

Глава 33. Средневековое Пивоварение.

Поляну для Героя накрыли практически сразу. Пока одни крестьяне искали достаточно высокую лестницу, чтобы Лёха мог спуститься, другие уже вытаскивали столы и лавки прямо на центральную улицу.

Горстки пепла торопливо сметали и уносили на кладбище, вспышка уничтожила всех зомби до единого, и теперь селяне могли снова жить спокойно. Насколько это вообще возможно в средневековом мире меча и магии.

Лёха шёл и ловил на себе испуганные и одновременно восхищённые взгляды, люди сразу начинали шептаться, едва завидев приближение Героя. Наверняка строили самые невероятные предположения и теории, пересказывая друг другу слухи и сплетни, не имеющие ничего общего с реальностью.

Особо среди крестьян выделялся Охрютка, беспрестанно напоминавший соседям, что это именно он привёл героя в Широкие Ручьи. Пожалуй, это была и его минута славы.

Крестьянские дети носились как угорелые, играя в «героя против зомби». Судя по всему, это была какая-то новая версия догонялок, но Лёха не вникал. У детей каждый день появляются новые игры.

— Слышь, друг, водички принеси умыться, — обратился Герой к одному из местных, прежде чем сесть за стол.

Крестьянин почти мгновенно сбегал до ближайшей хаты и принёс Избранному целое ведро чистой колодезной воды. Лёха опустил грязные руки в воду, глядя, как расплывается кровь и грязь, плеснул себе на лицо, смочил шею. Он бы предпочёл хорошо натопленную баньку или хотя бы душ, но и ведро холодной воды сойдёт.

Лёха отдал ведро с помутневшей водой обратно мужику, тот передал его кому-то ещё. Ведро пошло по рукам и в конце концов дошло до стайки деревенских баб, которые тут же принялись разливать грязную воду по крынкам и склянкам, а кое-кто уже умывал этой водой своих детишек.

Он не ел ничего со вчерашнего дня, и при виде ломящегося от угощения стола брюхо зарычало голодным зверем. Лёха похлопал себя по животу и ухмыльнулся. Конечно, скудная крестьянская пища разительно отличалась от угощений в чертогах Ледовласого, но с голодухи и на халяву Лёха мог сожрать что угодно.