Лёха - сокрушитель Вселенной

Снова обрушился кусок потолка, и узкий лучик солнечного света лизнул Героя по грязной щеке. Петрович посмотрел вверх, увидел кусочек неба и камни, грозившие в любую минуту упасть прямо на них.

– Лёха! – снова закричал петух.

Петрович вцепился когтями в мастерку хозяина, захлопал крыльями в бесплодных попытках хоть чуть-чуть передвинуть его.

– А-а-а… Бля… – простонал Герой.

– Лёха, ты живой! – обрадовался Петрович.

– Да хули мне будет-то, бля… – выдохнул он, медленно поднимаясь на ноги, держась за поясницу и кряхтя как старый дед.

Он бросил взгляд на трещину в стене. Это был шанс, и, пожалуй, единственный. Лёха собрался с силами и побрёл к ней, спотыкаясь на обломках камней и перелезая через разломанную мебель. Петрович в три прыжка преодолел всю залу, помогая себе взмахами крыльев.

Лёха дотронулся до выбоины в стене. Каменное крошево прилипало на пальцы, он вытер их о штанину. Сквозь трещину лился яркий свет, разгоняя темноту. Лёха сжал кулаки, снова громыхнуло и башня осела, словно резко исчез один из первых этажей.

– На, бля! – выкрикнул Герой, выбрасывая руку в короткий джеб.

В лицо брызнули крошки камня вперемешку с кровью, но выбоина увеличилась.

– На, сука! – он ударил ещё раз.

Лёха начал лупить стену изо всех сил, не обращая внимания на боль и усталость. Каждый удар разрывал кожу на костяшках, а каменная крошка будто вгрызалась в мясо и кости, но Лёха бил, ведь кулаки заживут, а вот доставать из-под завалов их, возможно, даже не будут.

Возможно, это был не лучший способ выбраться из плена каменной башни, но раздумывать было некогда, и Лёха методично колотил по стене.

Трещина поползла всё дальше и дальше, повернула в горизонтальную плоскость, пошла по спирали вверх. Лёха остановился и хмуро наблюдал за тем, как верхние этажи начинают крениться и падать в сторону. Петрович прижался к его ноге и робко поглядывал то на хозяина, то на трещину.

В конце концов, все верхние этажи с чудовищным грохотом упали на поляну, вздымая огромную тучу пыли.

Лёха стоял и глазел на самое синее небо, которое ему приходилось видеть. Его руки дрожали, с опухших пальцев капала кровь, но он этого не чувствовал.