Земля Обетованная

По крою он, пожалуй, даже походил на те, что носили среди гранбретанских купцов и промышленников, если бы не неоновые заклёпки вместо пуговиц. Люциус непроизвольно улыбнулся при виде привычных классических брюк. Облачившись, он почувствовал себя намного лучше. Самим собой.

— Кэш или кредиты? — деловито уточнил продавец, складывая мантию в пластиковый пакет.

Люциус молча протянул ему карточку незадачливого грабителя.

— Она ведь не твоя, — продавец подозрительно прищурился.

— Это имеет какое-то значение? — холодно уточнил лорд, и продавец мигом пошёл на попятный:

— Да никакого.

Он провёл карточкой по мерцающему крохотными лампами устройству и осторожно, не желая злить «корпората», доложил:

— Трёхсот кредитов не хватает.

— А если я добавлю это? — на прилавок легли стеклянные бусы.

Продавец взвесил вещицу в руке:

— Хм, природное стекло, дорогое. Это можно тыщи за две продать, если сильно постараться. Но больше тыщи не дам. Бартер — неблагодарное дело, понимать надо.

— Приемлемо.

Это предложение расстроило продавца, и он буркнул:

— Кэшем — девятьсот.

— Вы желаете со мной торговаться?

Что бы там ни говорили выскочки из низов, но можно роскошно одеться, нахвататься элегантных манер, но стать высокородного — это та вещь, что должна выращиваться с детства, её невозможно потерять, даже облачившись в лохмотья. И она действует на простолюдинов, как взгляд змеи. Ворча что-то про «оборзевших корпоратов», но ворча тихо и боязливо, продавец отсчитал семь глянцевых банкнот.

— Кредитку забирать будете? — вот уже и «вы» прорезалось.

— Уничтожьте, — приказал Люциус. — Благодарю за помощь.

Когда он выходил из магазина с пакетом в руках, то почувствовал внимательный взгляд в спину. Но это уже не имело ни малейшего значения.

Чтобы найти Крысиный переулок, пришлось спросить дорогу. Несмотря на название, правильной квадратной формы двор, окруженный высокими стенами с бесчисленным множеством балконов и дверей, скорее напоминал муравейник.

— Эй, а Фредди где?

— Он переехал, — с усмешкой соврал Люциус и переступил порог.

Свет зажегся сам собой, явив однокомнатное помещение, бывшее одновременно кухней, гостиной и рабочим кабинетом. На полу валялись запчасти, упаковки от сигарет, чей-то красный чулок.