Земля Обетованная

Моё имя Люциус Сеймур.

Нисседора сидела во главе стола, сложив руки в замок напротив своего носа и пристально смотрела на посетителя. Напротив неё стояло пустое кресло.

Оценив ситуацию, Люциус выдержал подобающую паузу, потом прошёл к креслу и сел, так, словно нисколько не сомневался в своём праве так сделать. Посмотрел ей в глаза — так же пристально, но без вызова.

Поединок взглядов длился не более пары секунд.

Нисседора благосклонно улыбнулась:

— Здравствуйте, мистер Сеймур. Надеюсь, вы сможете предложить мне что-то поинтереснее, чем те болваны, которые рассказывали мне сказки на миллионы кредитов, а сами даже не могли сформулировать определение чистой прибыли.

Люциус мысленно поздравил себя с преодолением первой линии обороны. Но праздновать победу было рано. Сейчас многие из тех, кто избежали рокового «следующий, пожалуйста», бросились бы рассказывать свой гениальный план, стараясь успеть это сделать как можно быстрее... Этот сценарий был очевидным, — а потому проигрышным.

— Вы очень занятая леди, мисс Хаскерман, — спокойно произнёс Люциус. — Я действительно пришёл к вам с идеей, разумеется, подкреплённой надлежащими расчетами, но стоит ли тратить наше с вами время, если потом вы скажете мне, что вам не нужна экспансия на новые рынки, что вы верны надёжным и проверенным стратегиям и не собираетесь рисковать даже малой долей своего капитала?

Нисседора застыла, её лицо превратилось в каменную маску: с ней, главой корпорации, никто из посетителей не позволял себе разговаривать подобным образом.

— Если бы это было так, я бы здесь сейчас не сидела. Вы хороший переговорщик, мистер Сеймур — смогли меня заинтриговать. Хотите кофе?

— Благодарю, не стоит. Я не пью кофе, — отказ не служил какой-то определённой цели, Люциус просто сказал правду. Ещё на родине его удивляло повсеместное увлечение этим напитком, как моровое поветрие, проникающее даже в высшие слои общества.

— Тогда чай? — предложила Нисседора и строго предупредила: — не отказывайтесь.

Он благодарно кивнул, и глава корпорации сама достала из шкафчика изящный заварной чайник. «Из настоящего стекла», как описали бы его в достопамятном баре.

Поднеся к лицу чашку, Люциус насладился ароматом и медленно пригубил горячий напиток.