Хлопоты ходжи Насреддина

– Да? – мгновенно оживился мулла, лисой шмыгнув к самому мангалу и втягивая носом чудные запахи.

Насреддин остановился, и с ним вместе остановились Саид и Икрам. Ходже было крайне любопытно, чем-то закончится их беседа.

– Скажи, о мудрый мулла, будет ли Аллах сегодня милостив ко мне? Моя торговля хиреет, никто ничего не берет, – осведомился шашлычник с кислой физиономией, подпирая челюсть ладонью. Другой рукой он без толку поворачивал сложенный стопкой в сторонке от горящих углей уже готовый шашлык на длинных шампурах.

– О торговец дивным шашлыком, – облизнулся мулла, пуская слюни и закатывая глаза, а его пустое пузо отозвалось голодным плотоядным урчанием, – твой день будет удачен как никогда, если ты пожертвуешь Аллаху палочку, а лучше две. Верь мне!

– Ты уверен? – с сомнением уставился шашлычник на муллу.

– Не сомневайся. Моими устами с тобой говорит сам господь! – и мулла протянул пальцы к шампурам.

– М-м, – заколебался шашлычник, накрывая шашлык глиняной тарелкой.

– Знай же, о человек, – обиделся мулла, – твоя торговля не протянет и до конца месяца, если ты будешь таким жадиной.

– Ладно, берите, – сдался шашлычник, протягивая мулле одну палочку. Ходжа прекрасно видел, что ему вовсе не хочется этого делать, но страх перед муллой и его проклятиями засел в нем так глубоко, что обороть его не было сил.

– Две! – показал мулла два пальца. – Не жадничай.

Шашлычник вздохнул и потянул из-под тарелки вторую палочку.

– Ну, раз уж ты раздаешь свой шашлык за пустые слова, тогда и мне дай, – приблизился Насреддин к мангалу. – Я тебе сейчас столько всего наговорю – закачаешься.

– Ты! – подпрыгнул мулла от неожиданности, едва не выронив из рук шампур. – Опять ты, нечестивая собака, старый хорек с жалом гадюки!

– Я, – просто ответил ходжа.

– Чего тебе надо? – взвизгнул мулла.

– Я покупаю шашлык – меня устраивает его цена. Ты уже купил?

– Вшивый оборванец! Облезлый верблюд! – все продолжал распаляться мулла, сыпля оскорблениями.

– Благодарю за добрые пожелания, мулла. Но знаешь, меня столько уже проклинали, но до сих пор я не лишился даже волоса из своей бороды. Однако мы отвлеклись от дела.

Ходжа отвернулся от муллы, пышущего жаром не хуже углей, лежащих в мангале, и сказал шашлычнику:

– Уважаемый, дай и мне три палочки.

– Плати! – потер шашлычник палец о палец.