Хлопоты ходжи Насреддина

Вернее, даже не самих людей, а подношения, которые люди передавали мулле, прося его помолиться за успех в делах и начинаниях, за счастье и мир в доме, за то, чтобы пошел дождь и чтобы он не случился – каждый просил о своем, и каждый лелеял надежду, что мулла непременно поможет ему.

Мулла же, беря очередное подношение, долго принюхивался к нему, приглядывался и чаще морщился, нежели расточал ни к чему не обязывающие его обещания. Подарки ему не особо нравились, но, как видно, выбирать не приходилось.

– Да-да, я обязательно помолюсь за твой урожай.

Пусть он будет богат! – обещал мулла одному дехканину. – И не забудь, что я тебе поспособствовал!

– Не забуду, мулла, – кланялся в ответ дехканин, стягивая с головы тюбетейку и прижимая ее к груди.

– Все вы так говорите, а потом забываете, – ворчал мулла, засовывая палец в горшок с маслом и пробуя. – Немного прогорклое, но ничего, сойдет.

– Нет, нет, оно совершенно свежее! Уверяю вас.

– Э-э! – зло отмахнулся мулла. – Тащат всякое завалящее, для себя же жадничают.

Следующий!

– О мулла, – склонился перед топчаном старик, протягивая мулле матерчатый сверток, – помолись за моего сына. Я хочу, чтобы ему сопутствовала удача. Он желает стать учеником гончара.

– Что это ты притащил? – Мулла придирчиво оглядел сверток, потом брезгливо, двумя длинными паучьими пальцами потянул за свисавший уголок. – Платок? Да еще ношеный! Зачем Аллаху нужен твой платок?

– Но… – растерялся старик, не зная, как ему поступить.

– Ладно, давай сюда! – Мулла выдернул из рук старика сверток и сунул его за отворот халата. – Будет тебе удача.

– Сыну, – напомнил мулле старик. – Я просил за сына.

– Да, да, и ему тоже. Всевышний сегодня милостив к тебе. Следующий!

И тут ходжа Насреддин сорвался с места. Оттолкнув очередного просителя, он бухнулся на колени у топчана и ткнулся головой в землю.

– О великий! – вскричал он, поднимая голову и молитвенно протягивая ладони к мулле.

– Ай! – подпрыгнул на топчане мулла, как раз собравшийся отведать только что подаренного ему плова.

Он давно уже манил муллу своим ароматом, но мулла никак не мог улучить момент, чтобы полакомиться блюдом – народ все шел и шел. – Ты чего? Чего ты? – отодвинулся от ходжи мулла, но зажатую в руке щепотку плова все-таки засунул в рот и облизал пальцы. После непонимающе уставился на пустые руки стоявшего на коленях старика, затем медленно поднял голову, перехватив его восторженный взгляд.