Зай по имени Шерлок

Вполне вероятно, для них в бодании точильных кругов есть некий высший смысл. Или они таким образом затачивают рога.

– Полностью с вами согласен, коллега, – обернулся ко мне Листрейд. – Но главное, мне наконец-то удалось сбросить с шеи ненавистное дело, тянувшее на дно нашу статистику раскрываемости, – закончил он, возвращаясь к прерванной трапезе.

– Я искренне рад за вас, инспектор, – сказал Шерлок Зай. – А скажите, не могли бы мы с моим другом взглянуть на останки козлика?

Фу, какая гадость! Мне сразу расхотелось есть, и я отодвинул от себя тарелку, полную ботвы, фаршированной отрубями.

Нельзя же говорить о таких вещах за столом, в самом деле! Но сказанное сыщиком произвело отрицательное впечатление исключительно на меня. Листрейд и Шерлок Зай как ни в чем не бывало продолжали уплетать свой обед.

– Хм-м, – нахмурил лоб Листрейд, явно терзаемый сомнениями. – Дорогой Шерлок, меня пугает ваше выражение морды.

– Отчего же? – искренне удивился сыщик.

– Именно такое же было у вас в прошлый раз, когда вы разнесли в пух и прах одно из моих дел, не оставив от него камня на камне.

– Но ведь вы тогда, насколько мне помнится, даже в выигрыше остались? – Шерлок Зай изобразил на морде хитрющую улыбку.

– Да, но скольких нервов мне это стоило!

– Успокойтесь, инспектор. Я вовсе не собираюсь чинить разорение очередной воздвигнутой вами крепости, – заверил Шерлок Зай. – Дело замурованной изнутри берлоги вызывает у меня, так сказать, исключительно спортивный интерес.

А к глупым козлам, сбегающим из дому, я, признаться, равнодушен.

– В таком случае, – произнес Листрейд, поразмыслив немного времени, – не вижу к тому препятствий. Если желаете, мы можем пройти в хранилище прямо сейчас.

– С превеликим удовольствием! – обрадовано воскликнул Шерлок Зай, по-быстрому разбираясь с остатками оладий.

Что же касается меня, так мне вовсе не улыбалось тащиться по жаре невесть куда и тем более пялиться на бренные останки какого-то паршивого, бестолкового козла.

Но разве в силах кто-нибудь отговорить Шерлока Зая от какой затеи, коли та втемяшилась ему в голову?..

Помещение, в которое нас провел Листрейд, представляло собой подобие погреба, только огромных размеров. Было в нем прохладно, если не сказать морозно, что, впрочем, после нестерпимого уличного зноя могло показаться крайне приятным. Я говорю «могло», поскольку обстановка помещения нисколько не способствовала получению удовольствий.