Служба на купеческом корабле

Полное нежности отношение к ней ее сына и мужа, исчезновение одного, предполагаемая смерть другого – все это были такие удары, которые почти совсем ошеломили несчастную. Шатаясь, она вернулась в свою камеру, и волнение вызвало у нее новый припадок лихорадки; много дней она не вставала с постели.

Глава IX

Мы оставили Кьютона без чувств; однако он не долго пролежал так. Скоро двое малых в синих куртках, с дубинами в руках и пистолетами за пазухой, отнесли его в лодку и доставили на палубный катер, стоявший на якоре в сотне ярдов от берега.

Ньютон очнулся, и неясное зрение показало ему что-то, блестевшее над ним. Когда он пришел в себя лучше, то увидел человека, который светил ему огарком прямо в глаза, чтобы судить, произвело ли кровопускание действие. Ньютон постарался сообразить, где он и что с ним случилось, и от напряжения снова впал в состояние столбняка. Наконец он очнулся, точно от сна смерти, и увидел, что лежит на палубе, а какая-то женщина смачивает ему лоб водой.

– Где я? – вскрикнул Ньютон.

– Вы хотите знать, где вы? Да на палубе «Быстрого», и я смотрю за вами, милый мой.

– Кто вы?

– Кто я? Если я никто другой, так, верно, Джуди Мелони, жена помощника боцмана.

– Как я сюда попал?

– Да вы не попали, милый мой, вас принесли.

– Как меня сюда доставили?

– Право, не знаю как; и в то в гичке, не то в шлюпке.

– А зачем?

– Это, я думаю, я знаю. Чтобы вы послужили королю и отечеству.

– Значит, меня завербовали?

– Да, золотой, могу в этом поклясться над Библией, Вам пришлось нелегко, но это значит, что вы были нужны.

Ньютон слушал и думал о положении отца, о том, как старику будет плохо жить без него; подумал также о состоянии своей несчастной матери и снова упал на палубу.

– Как ему худо, – прошептала Джуди. – Ну, он не мой земляк, это ясно как день, потому что, если бы так, он никогда не стал бы поднимать столько шума из-за пустяков! – И Джуди, подобрав платье, ушла.

До рассвета Ньютон пролежал в состоянии болезненного полусна.

Наконец его разбудили звуки проходивших мимо лодок и громкий говор на палубе. Он не сразу вспомнил все, что произошло; однако перевязанное плечо, влажные волосы, лицо, жесткое от запекшейся крови, – все вместе заставило его вспомнить то, что сказала Джуди: его завербовали. Средняя межпалубная часть катера была пуста, только в гамаках над головой Форстера покачивались люди, и он, желая узнать что-нибудь новое, прополз под гамаками к лесенке и поднялся на палубу.