Балор, сын Балора, или Подводные камни

— Осталось всего-то пару ракушечек на место поставить! У вас, мой юный рогатый друг, настоящий талант! И золотые руки!

Айджиан прищурился, переживая приступ затихающей боли и осматривая свои совершенно синие руки с внушительными, еще более синими когтями. Что навело голожаберного на сравнение, оставалось неясным.

— Это такое выражение! Образное! Береговое! — маленький храбрец запереживал, словно мог обидеть Айджиана, щекотно засуетился по ладони. — Я имел в виду, что вы мастер строить новое, не разрушая старое! И у вас получается приводить все в целый вид!

— Было бы неплохо, если бы распространялось не только на руки, — он качнул головой, вздохнул, приладил последнюю ракушку на место.

— Не расстраивайтесь, мой юный, особенно рогатый друг! — Мигель оторвался от ладони, подплыл на высоту глаз, завис, приглядываясь. — Вы еще очень молоды! Многое приходит со временем! Вот, например, наш диковатый владыка! Еще несколько времени назад я готов был поклясться, что лорд Сиай изведет бедного мальчика! И тут наш молодой царь показал свой характер! Стремление к порядку! Здравость мысли!

— Бестолковость в церемониях, — Айджиан продолжил перечисление и ждал, что скажет ему на это удивительно приятный голожаберный.

Мигель крутанулся на месте, стриганул рожками, подплыл совсем близко, прикоснулся к кончику носа Айджиана, вызывая неимоверное удивление напополам с благоговейной неподвижностью. Кто-то не побоялся коснуться его! Сам! Не по необходимости, а просто потому, что захотел!

Голожаберный тем временем, не замечая оторопи собеседника, похлопал его плавничком по носу, видимо, успокаивая.

— Я чувствую, вы ощущаете общность с молодым царем, невольно примериваете на себя суждения о нем, — проницательно прищелкнул, хотя чем он это сделал, Айджиан не понимал. — Так вот, скажу вам так, как скажут о нашем царе — этот фомор очень молод, у него были сложные отношения в семье, ему простительно не понимать все и сразу! Зато удается наводить порядок!

Отважный голожаберный крутанулся на месте, забавляясь тем, как похожи обе истории в его переложении, как он здорово и обтекаемо сказал, что не понять, о ком из молодых и диких фоморов идет речь!

Айджиан с трудом удержался от улыбки — фомор все-таки был один!

— Рискну сказать, что будь наш юный сир столь же отзывчив, квартал все-таки восстановили бы… — Мигель задумчиво завис в потоках, перекувырнулся, стараясь не замерзнуть.