История одного пета

Один раз, в качестве наказания, оставили одного… но в свое оправдание могу сказать, что Латуфьевы давно собирались делать ремонт да всё откладывали, а я их к этому ненавязчиво подтолкнул. Конечно же, я простил, и последующую ругань стерпел со смирением святых – такие уж мы, коты, по натуре незлопамятные. Отомстим и забудем… если не забудем, что уже отомстили.

Пока я вам это рассказывал, перрон оживился. Люди заполняли перрон, неспешные, неторопливые, задумчивые... К нам подошла соседка Екатерина Николаевна:

– Марго, ты тоже собралась косточки погреть? Ну, надо же, и семью прихватила, и блохосборник не забыла взять!

До чего же вредная особа… Подумаешь, один раз царапнул, так сама виновата – нечего об меня руки вытирать.

Нашла, понимаешь, тряпочку! И ведь ещё удивляется так натурально – им же вместе путевки давали, вчера собираться помогала.

Маргарита Павловна почему-то также громко ответила:

– Катрин, какой сюрприз!!! Да вот наконец-то собрались немного мир посмотреть, а то все дома, да дома.

А ты тоже с нами? Ой, как здорово, а почему без благоверного?

Так, стоп, кажется, понял – это такая специальная манера общения, ориентированная на других пассажиров. Пусть смотрят и слушают, завидуют и облизываются. Две взрослые дамы, как любит говорить Павел, «понтуются на песке» или выделываются, проще говоря.

Я заметил данную особенность не только у людей – у соседского кота Васьки понты составляют суть жизни. Жаль, что меня забрали как раз накануне профилактической беседы.

А я как раз собирался внести веские аргументы на его морду путем вырывания половины усов и рунического татуажа вечно поднятого носа. То есть хотел настучать по сопатке, а меня забрали в поездку.

   Однако я клятвенно обещал вернуться, пока этот подлец истошно орал вдогонку, что «Кешка – трус и побоялся выйти на поединок». В тот миг я сдерживал приступы тошноты из-за «центрифуги», чтобы достойно ответить. Впрочем, успел запомнить все гневные тезисы, что пришли на ум, и при личной встрече обязательно выложу их на полосатую морду.

Тем временем фарс под названием «мы на море – вы пашите» пошел на второй виток. Катрин удивленно распахнула глаза и жеманно сложила губки куриной гузкой:

– Марго, ну кто же в Тулу ездит со своим самоваром? Мой-то дома остался, деньги зарабатывает, доверяет – поэтому и отпустил одну. Ох, как бы ни пожалел! Вот украдут меня там горячие южные парни, будет потом локти кусать.