История одного пета

Кнут просвистел в воздухе и резко щелкнул, словно прозвучал выстрел в пустыне. Павел поежился и попытался просверлить укоризненным взглядом две аккуратные дырочки в Татине.

– Ну и наконец я, главарь этой милой шайки, их основной мозг. Добавила бы еще печень и сердце, если бы не забыла в младенчестве, что означают оба этих ненужных органа. Я Татина, внучка старой Зары, потомственная колдунья в десятом поколении, умею наводить сглаз, порчу и разные виды насморка. Надеюсь, вы поняли, что с нами лучше не шутить? Требую предоставить нам место у окошка, трехразовое питание и семь выходных в неделю, – Татина даже притопнула ногой, разгоряченная своей речью.

– Красавица моя, нас многие пугали, рассказывали о том какие они великие колдуны либо живодеры, угрожали множеством кар и проклятий. Однако, где они теперь знаем лишь мы. А мы вот они, в целости и сохранности, даже аппетит не испортился, – сказал старший, остальные вяло поддержали его смешками. – Ты без чародейских штучек, без колдовских прибамбасов – так что чем докажешь свою речь? Плюнь ты на свои байки, да подари нам немного ласки, а то мы с ребятами соскучились в компании этих мужланов.

–  Ну, кота носит Павел в кармане. Друг мой, достань и покажи этим неверующим. А я тем временем придам ему обычный вид, – Татина подмигнула Павлу и театрально воздела руки вверх. – Курукам индерко устонал!!!

Потом она еще что-то орала в этом же роде, но я не слушал, так как меня с почетом и подобающим пиететом извлекли из кармана и положили на ладонь.

Рожи стражников расплылись в ухмылках, глядя на мышь. Если мышь может быть похожа на грозного кота, то я был сверхгрозен. А Павел поднял руку вверх, отвлекая внимание от амулета, и повернул фиолетовый луч. Опять холод и на Пашкиной руке, обвиснув с обоих краев ладони, возник я. Он бережно поставил меня на пол, где я величаво потянулся и грозно мявкнул в направлении стражников. Те слегка отпрянули, уставившись на меня во все глаза.

– Да и ласка моя вам ни к чему, поскольку прекрасно могу наводить чары, дарующие мужскую немощь.

Показать? – Татина шагнула к оторопевшим стражникам.

– Нет, – севшим голосом пискнул старший надзиратель, потом откашлялся и уже обычным голосом добавил. – Не нужно, красавица, мы и так верим. Сейчас мы посовещаемся и решим, что с вами делать.

Он повернулся к остальным, сидевшим на скамье, и у них шепотом разгорелась дискуссия. Мы так и остались стоять около подъемника. Пленники у стены также заинтересованно осматривали нас.