История одного пета

Высоченный черноволосый человек, весь в мускулах и покрытый зеленой краской, отбивался секирой от трех чудовищ, очень похожих на Брыся. Еще два монстра валялись неподалеку, на оскаленных мордах застыла ненависть и злость. Рядом с ними нашел последний удар другой воин, похожий на первого, но с седыми волосами.

Монстры состояли из клыков и когтей, с коротким черным мехом и собачьими головами (что делало их еще менее привлекательными в моих глазах). Они двигались на задних лапах с неимоверной скоростью и старались достать зеленокожего воина.

Судя по многочисленным ранам, покрывавшим тело зеленокожего, им это удавалось, но он не отступал. Ему было за что бороться, кроме своей жизни.

   За мускулистой спиной, сжавшись в валуны, сидела женщина с маленьким ребенком на руках. Кожа у них тоже изумрудного оттенка, словно только что вынырнули из бассейна с зеленкой. Ребенок пытался вырваться и принять участие в драке, мать же затравленно сжимала в руках большой кинжал.

Другой рукой она удерживала за шкирку прыткого мальчишку.

   «Кешка, как нам поступить, ведь скоро зеленый совсем ослабеет, и тогда зверюги растерзают их всех? Кто его знает, может после этого они и нас учуят? Пожалуй, надо ему помочь, заодно и сами перестрахуемся. Кешка, ты здесь?!! А кому я сказал… хотя ладно, все равно уже поздно. Главное – не встревай!» – раздались в голове Пашкины мысли, а я в ответ клятвенно пообещал ему не вмешиваться.

Бороться с собой, стиснуть зубы, сжать когти и не встревать!  Не встревать! Ага, ведь меня так и тянет кинуться на съедение этим мохнатым шалостям природы с нездоровым цветом глаз.

Нет уж, Павел, если у тебя есть желание подписаться на суицидальные подвиги, то это твое дело, а я, пожалуй, постою в сторонке, вроде как на стреме.

   Зеленокожий вертелся волчком, рычал и парировал удары зверей, но те перестроились на выматывающий бой. Они лишь обозначали выпады, уклонялись от секиры, заставляли воина терять и без того иссякающие силы.

Бойцу оставалось лишь бессильно скрипеть зубами и стараться подороже продать свою жизнь и жизни близких.

   И тут в дело вмешался мой друг, да еще как вмешался! Он неожиданно появился между зверей! Нахлестал правому по морде и, пока тот ошалело смотрел на него, Павел плюнул в глаз левому, после чего снова пропал из виду. Третья зверюга взвизгнула, когда он наступил ей на лапу.