Кто это выдумал?!

— Осторожнее с руками, приятель. Чувствую себя так, будто меня зажевал комбайн, а потом исторгнул естественным путем. Ты кто такой, кстати говоря?

Люсьен удивился:

— Как, ты не помнишь? — он прикоснулся к холодильнику как к ребенку, у которого проверяют температуру. — Должно быть, системное повреждение. Хоть бы только программа работала нормально!

— Ну, я воспринимаю твое стрекотание и отвечаю, не так ли? Так что за мою адекватность можешь не беспокоиться.

— А что я могу ответить, — нервно усмехнулся Люсьен. — Кроме того, что мы с тобой друзья на протяжении вот уже нескольких лет? Попутчики на нелегкой дороге. Соседи. Но я не буду пытаться убедить тебя, когда очевидно, что слов недостаточно. Ничего, мы еще восстановим твою память. Куда как важнее, что у тебя есть кое-что чрезвычайно важное для меня.

— Допустим. И что же это?.. Хотя, скажи лучше, как я вообще здесь оказался?!

— Хотел бы я знать. Можешь поставить себя на мое место, когда ты вдруг пропал без вести... — тонкие с длинными пальцами руки Люсьена пробила дрожь, на лбу выступила испарина, взгляд изменился и заблестел каким-то ярым желанием. — Слушай, у меня нет ни времени, ни возможности объяснить тебе сейчас все внятно и логично, мне просто нужно срочно кое-что взять у тебя! — с этими словами Люсьен обхватил дверцу холодильника, стараясь ее приоткрыть.

— Эй, полегче, ковбой! Сперва хотя бы купи мне выпить! — заголосил Самурай. — Ты куда лезешь?! Хорош друг, черти тебя дери! Друзья не открываются друг другу НАСТОЛЬКО, смекаешь?!

— Да я подохну в любую минуту, если сейчас же не достану у тебя кусок сала!

Казалось оправданным, что возникшую неловкую паузу теперь остается заполнить только крику розового птеродактиля, внезапно пролетевшего в небе.

— Эээ, — протянул Самурай. — Не могу, конечно, осуждать тебя за гастрономические пристрастия... А знаешь, у меня, кажется, и вправду внутри есть изрядный запас сала.