Почти нулевая вероятность

Но все равно нечего мелкой Люнс посылать Ларре кокетливые взгляды и спрашивать, не покажет ли он ей достопримечательности Альвего. Обойдется, нахалка, у него уже есть кому показывать!

Катя вздохнула и постаралась мыслить позитивно. Вот доберутся они до Альвего, там бывший учитель Ларре скажет, где искать Андрюшу, они его быстренько найдут, если надо – спасут, а потом… тут позитив закончился, потому как Катя совершенно не представляла, что может быть потом. Очень сомнительно, что криворукий экспериментатор – даже с помощью более опытного мага – сумеет открыть проход обратно.

Определенно, она застряла здесь. И что делать дальше? Не висеть же на шее у Ларре до конца дней…

В этот момент Ларре, с трудом отбившись от очередной порции вопросов, по сравнению с которыми допрос стражами порядка выглядел вполне терпимо, поравнял своего ымчи с Катиным и спросил:

– Ну что, не передумала смотреть, как всплывучки растут?

– Конечно, нет! – Катя сейчас была готова на любые зрелища – лишь бы подальше от мелкой с ее родней, ушераздирающего концерта молодых дарований и собственных мыслей.

Ларре перекинулся парой слов с помощником караванщика, для чего пришлось потыкать его в бок. Тот с явной неохотой вытянул из ушей беруши, выслушал, неодобрительно хмыкнул, но возражать не стал.

Ымчи свернули с дороги и зашуршали к озеру. Для романтической прогулки место было самое подходящее – голые камни, холодный ветер, всепроникающий горький запах… Катя даже слегка пожалела о своей любознательности, но отступать было поздно.

Вскоре вдали заблестела полоска воды, и через примерно полчаса парочка добралась до берега. Вблизи озеро оказалось на редкость красивым: с виду чистейшая как хрусталь вода в оправе из серых камней, пронизанная красновато-лиловыми стеблями, тянущимися со дна.

– Видишь, здесь листья уже свернулись и ушли с поверхности, – пояснил Ларре, – значит, буквально с минуты на минуту может начаться первый всплыв. Некоторые извраще… любители специально приезжают, разбивают на берегу шатры и любуются.

Катя согласилась мысленно, что сидеть на холодном ветру и дышать всякой дрянью ради любования всплытием – действительно извращенное представление о досуге.

Хотя, наверное, японцы оценили бы.

Ымчи запашок озера явно пришелся не по вкусу, они нервно шевелили усиками и переминались всеми своими лапками.

– Слушай, – вдруг забеспокоилась Катя, – если тут такая отрава, как же наши ымчики? Им не вредно так долго стоять? Лапки не разъест?

Ларре посмотрел на нее с умилением.