Почти нулевая вероятность

Ларре и Инзар вытащили лодочку подальше от воды, накрыли прихваченным чехлом, на котором, как смогла разобрать Катя, была грозная надпись "Собственность мага Маан Ларре. Руками не лапать, нос не совать!".

Парни, до сего момента щеголявшие в легкомысленных пестрых шортах, извлекли из водонепроницаемого пакета штаны и анораки расцветки "рыже-бурый камуфляж". Один из анораков Ларре вручил Кате, а Инзар между тем нацепил широкий пояс, к которому непонятно как крепились странные полуперчатки.

– Иглострелы, – пояснил Инзар, заметив, с каким интересом Катя разглядывает эту деталь экипировки.

– Дальность выстрела так себе, но для этой местности сойдет.

– Понятно. – Катя, сделав в памяти очередную пометку "При случае рассмотреть подробнее", огляделась и задумчиво добавила: – Здесь красивая местность.

– Дорога тут одна, так что заблудиться не получится. Сначала пройдем немного вдоль берега, потом будет поворот в лес, – сказал Ларре и стал осторожно отклеивать передатчик с виска. Видимо, перед этим он успел дать команду "Вольно!", так как плескавшиеся на мелководье ымчи, прощально помахав плоскими хвостиками, развернулись и ушли на глубину.

А трио, разобрав и навьючив на себя поклажу, двинулось в путь – не спеша, но и особо не медля.

Катя шла по неширокой грунтовке и мысленно искренне радовалась, что на ней в момент перехода оказались удобные разношенные тапки, а не те шикарные украшенные стразиками босоножки на пятнадцатисантиметровой шпильке, которые она поначалу собиралась надеть в надежде покрасоваться перед Андрюшей.

Ларре еще дома давал ей примерить высокие ботинки из похожего на замшу материала, Кате они очень понравились, но – увы! – уменьшить их на четыре размера оказалась бессильна даже магия.

Дорога тянулась в негустом лесочке, подходившем почти вплотную к морю. Редколесье было странное, расцвеченное всеми оттенками оранжевого с вкраплениями темно-красного, ярко-желтого и внезапно нежно-лилового. Вместо привычных для Кати берёз, осин и прочих ёлок из рыжего мха торчали толстенные стволы, больше всего напоминающие последствия курортного романа бамбука с кукурузой.

Причем страдающие гигантизмом. Катя поначалу вертела головой, терроризировала вопросами своих спутников, но вскоре новых впечатлений стало слишком много, и дальше она просто старалась ухватывать лишь то, что было к ней ближе всего, оставив прочее на потом.

Вот и сейчас ее внимание привлекло непонятное вздутие на одном из гладких, словно полированных стволов невдалеке.