Мракоборец

Он-то, наверное, думал, что выслушав меня, вновь вернется к Писанию или уединению перед ликами Владыки. Когда бровь поднялась в столь высокое положение, что обычному человеку такой трюк воспроизвести можно было лишь с большим трудом, стало понятно, мной он заинтересовался.

- Таракана? – переспорил он.

- Да, таракана, – ответил я уверенно.

- Позволь задать тебе еще несколько вопросов. Если бы не случилось того, что случилось, как ты планировал воспользоваться Порталом? Мы используем его крайне редко, да и на окраине делать особо нечего.

- До меня дошли сведения, что это особое место. Рядом с необычным Порталом высока вероятность встретить пограничные эффекты, даже без прохода через него. Насколько я знаю, все эти странности пока никак не объяснены – ни в Писании, ни нашими учеными.

- Хорошо… Хорошо… А кто сообщил тебе об этом?

Я задумался, вспоминая.

- О нем поговаривал один добрый человек, который приютил меня в зимнюю стужу. И еще возле трактира я встретил пьяного, который тоже нес небылицы, связанные с той местностью.

- Найдем. Допросим, – сухо отвечал он, записывая что-то пером в том свитке, который читал. Значит это не Писание перед ним, а его собственное сочинение!

- Мы ни разу не встречали видений, подобных тем, что ты увидел, хотя некоторое подобие присутствует. У нас есть один монах, он пишет трактат о толковании сновидений с позиций сугубо научных, а не астрологических.

- По мне, так и астрологический подход никогда не подводил…

- А из жителей деревни тебе никто не показался подозрительным? Не могли тебя специально заманить в Иномирье, а в это время убить охрану?

- Да никто не показался. И им бы пришлось заручиться очень мощной поддержкой или нежити, или Детей леса.

- Такие раны, как ты описал, мог нанести Вукодлак или Волколак.

- Отец, не нагружайте меня такими подробностями. Небось, вы даже знаете длину клыков и когтей первого и второго.

- Конечно, у первого пядь, а у второго пядь с кувырком…, – тут он понял, что я над ним посмеиваюсь, и замолчал. Затем продолжил:

- Между прочим, ты пока единственный свидетель и, следовательно, подозреваемый. Преступники часто сообщают о совершенном убийстве, чтобы отвести от себя подозрения.