Последний богатырь

Ну, кто не понял, это божества просто так шутили над багатуром. Да, вот такие у обиженных божеств дурацкие шуточки.

Рёв многочисленных чудовищ подстегнул Барабира. Ведь там остались его боевые товарищи и им наверняка нужна посильная помощь. Развернув протрезвевшего коня, протрезвевший багатур поскакал назад к тропинке.

Приорушка мчалась по тропе, выжимая из себя как минимум две, а на отдельных участках и три, лошадинные силы. Рёв сзади нарастал и подстёгивал почище нагайки. Вдруг из кустов, чуть не столкнувшись с ними, выехал Барабир.

– За мной! – крикнул ему богатырь, времени что-то объяснять не было.

Правильно среагировав, багатур припустил на Карачуре за ведущим.

Вскоре на них наткнулся, скакавший навстречу, Скотти с топором в руке.

– Поворачивай! – крикнул ему богатырь и промчался мимо, даже не сбавив скорости.

– Не отставай и не оглядывайся! – крикнул ему промчавшийся за Перебором Барабир, который один только разок оглянулся на свою голову и… от этого ему легче не стало.

Круто развернув Конанифала, что лошадиный круп занесло на развороте, Скотти пришпорил коня за своими товарищами.

За спиной беглецов раздался треск ломающихся деревьев, и этот треск неумолимо приближался.

Разбуженные канонадой и ржаньем Пегасуса, чудовища воспрянули от полуденного сна и, почуяв уходящую добычу, наперегонки бросились в погоню. В гонке-преследовании участвовали: Свирепый Быдлотавр – существо с головой быка, торсом человека и крупом лошади – голодный с прошлой недели; сёстры Мудоза Гангрена и Медуза Горгона – не те морские склизкие бесхребетные твари, с ядовитыми щупальцами, а проворные гигантские вараны с женским лицом и змеями вместо волосни, ненавидившие людей в целом и мужиков в особенности; ну и само-собой Триединорог – если коротко, уродливая смесь бульдога с носорогом, причём «смесь» гигантская.

Уходившие от смерти беглецы выехали из чащи и помчались через кладбище героев к спасительному проходу в гряде. От спасения их отделяло совсем немного, пару сотен метров. Вдруг земля перед проходом разверзлась и оттуда появилась голова шестилапой кротохимеры. Слепая, она обладала отменным нюхом и, вычислив, с какой стороны вкусно потянуло свежим ещё живым мясом, полезла навстречу путникам. Путь отступления был перекрыт.