Смутьяны 2а. Книга пути

А двоим детишкам – брату и сестре – лет по десять-двенадцать.

– Дрёма, а ты, правда, идешь на юг? – спрашивал верткий и непоседливый Торогрим.

– Правда, – солидным баском отвечал Дремудад, и, внезапно подпустив петуха: – К людям.

– Кру-у-уто! – маленький дворфеныш аж щурился от восторга. – А что ты будешь там делать? Нести нашу веру, да?

– Ну… – Дремудад призадумывался: говорить правду, или не разочаровывать мальца. – И веру тоже. А еще я хочу посмотреть, как они живут.

– Да обычно они живут! – вступала в разговор Вардарила, которая была на пару лет старше братика.

– А это кто такие? – удивлялся незнакомому слову Дрёма.

– Это, как наши охотники, – поясняла девочка. – А еще они, как друиды. Тоже следят, чтобы слишком много зверей не убивали.

– А иногда наоборот! – влезал в разговор мальчишка. – Говорят, что каких-нибудь зайцев развелось столько, что всю кору с берез поели и надо их поубивать.

– Зайцев или березы? – почти серьезно спрашивал Дремудад.

Он, кстати, пару часов провел, разглядывая первое такое странное дерево с белой полосатой корой.

– Ты что, глупый? – озадаченно осведомлялся Торогрим и стучал себя по лбу.

– Он так шутит, – объясняла брату Вардарила. – Хи-хи! Берез поубивать!

Она утыкала в ладошки круглое личико с едва пробивающейся на подбородке мягкой порослью и громко смеялась.

– И ничего смешного в этом нет! – насупливался мальчишка. – Дядя Грандошмыг, наш друид, говорит, что деревья тоже живые, и рубить их без надобности все равно, что зверей за просто так убивать!

– Дети, ужина-а-ать! – звала из дома матушка и прерывала тем самым интересный разговор.

Хорошо и приятно было Дремудаду в этом бревенчатом домике. Даже уютнее, чем дома.

А, может быть, все дело было в том, что дворфийский отрок откровенно боялся.

Вот уйдет он и больше не встретит ни одного дворфа. Кругом будут лишь тощие безбородые верзилы. Как среди них жить?

И Дрёма в очередной раз пожалел, что принял решение путешествовать не по родному краю, а на чужбине.

Но не поворачивать же назад! Ладно, Рагнадора засмеет, а папа будет сокрушенно качать головой. Главное, что сам он никогда себе этого малодушия не простит.

И, чтобы не растерять остатки решимости, Дремудад сразу после завтрака упаковал рюкзак, скованно простился с радушными хозяевами и отправился по едва различимой тропинке на юг.

Глава 4. Пещерный житель

30.06.194 г.в.п.