Попаданка грабит замки

Попаданка грабит замки

Антоник Татьяна и Стейси Амор

Глава 1

Эд

Замок стоял на ушах. Все слуги попрятались в своих норах, ожидая, когда хозяин справится со своей злостью. Птицы не летали над дворцом, мыши перестали шуршать в полу, а насекомые забрались в щели.

В стены моего кабинета летели все безделушки и не ценные артефакты, которые я разбрасывал на полках, не зная, что с ними делать. Кричал, топтал ногами от бессилия и гнева.

Потянулся было к древнему фолианту, но вовремя опомнился, догадавшись, что гримуар меня не простит.

— Эдмунд, возьми себя в руки, — из книги вылезла бледно-зеленая, прозрачная женщина. — Что за поведение? Что скажут твои подчиненные?

— Я темный властелин, и веду себя соответственно своему званию, — огрызнулся я, но все-таки положил книгу на стол.— Извини, ма-ма...

Какой злюзий демон дернул меня на привязку к себе в помощники не мощного зверя, не сильного существа, не бессмертного умертвия, а старую и могущественную колдунью? О чем я думал тогда?

Нет, Медея Грейс Эланора Лилибет Августа Дарк исправно справлялась со своими обязанностями, но привыкшая к роли матери, а не к роли бесплотного духа, она не переставала меня поучать и выдавать злобные эпитеты.

Она была невероятной чародейкой, сильной, злобной, жестокой, но матерью была препаршивой. Вместо вкусных обедов, она варила зелья, вместо доброго напутствия тыкала в меня длинными ногтями, а если у меня что-то не получалось, могла подвести к обрыву и угрожать, что сбросит. Как она любила говорить: «В нашей семье нытиков не любят, Эдмунд».

Но, благодаря ее воспитанию, я не отставал в ее могуществе и признал, что ее методы были даже очень полезны.

— Все равно перестань, — дух уперла руки в бока. — Мне это не нравится. Рассказывай, что у тебя случилось? Ты уже со второго замка возвращаешься и не приносишь никаких результатов.

Она говорила, говорила, не ведая, что внутри меня опять забурлила ярость. Не удержавшись, я с силой ударил в стену, проломив в ней отверстие.

— Меня обогнал Роберт, чтобы его бесы прибрали.

— Какое? — нахмурилась матушка.

Она терпеть не могла род Санлисе. Отец Роберта почти два века назад бросил мою мать и женился на простушке, объясняя свой поступок тем, что внезапно прошла старая любовь и пришла новая. Колдунья с подобным хамством не смирилась.