Смутьяны 2а. Книга пути

Придумать каждому факультету свой герб, одеть детей в разноцветные хакамы. И пусть между собой соревнуются! А уж она постарается, чтобы ко всем им было одинаковое отношение и у преподавателей, и у обслуги!

– Атани-сенсей! А расскажите, пожалуйста, о Великом Пробуждении! – звонкий голос Юкико, сидящей рядом с Лиорой, заставил эльфийку встрепенуться, отвлек от набежавших мыслей. – А то мы все время слышим от вас: «В таком-то году после Великого Пробуждения». А что это вообще было?

– Ну, я немного удивлен, что есть кто-то, кому это неизвестно, – усмехнулся молодой статный преподаватель.

Зал загалдел в том смысле, что таких незнаек много и всем им ужасно интересно.

– Ладно-ладно! – поднял руки вверх в шутливом жесте учитель. – Слушайте, и представьте себе это. В один прекрасный день вы просыпаетесь!

– Мы каждое утро! Как же! Нас вечно будят ни свет, ни заря! – послышались выкрики.

– Так вот, вы просыпаетесь, – не обращая внимания на гвалт, продолжил Атани-сенсей. – И одновременно с вами просыпаются все люди на свете.

И не только люди. Эльфы на болотах, дворфы под землей и в тайге. Кошки и Собаки по обе стороны Бандитского Перевала. Ящеры в своей пустыне и даже те таинственные обитатели восточных островов, о которых ходят легенды.

– И что, все разом? – раздался чуть насмешливый голос Таро – сына префекта: высокомерного юноши, непризнанного лидера среди богатеньких и знатных учеников.

– Именно! – ответил преподаватель. – Все разом. В один и тот же момент.

Изучение летописей разных народов и стран однозначно указывает на это. У нас в Сегунате начинался вечер, тогда как в королевстве Трагор – полдень.

– Ну, проснулись, и что с того? – пробурчал толстенький мальчишка – сын пекаря.

– Это, по меньшей мере, странно, – пояснил Атани-сенсей. – Тем более, что, по многочисленным воспоминаниям очевидцев, у всех было ощущение, что прошлая жизнь… Была как бы схематичной. Память о ней была не яркой, а как о рассказанной кем-то истории.

Очень часто тогдашние люди применяли в описании этого устаревшее и сейчас непонятное слово «сон».

– Это потому, что бог осенил всех благодатью своей и стер из человеческих душ излишнюю кровожадность и стремление властвовать над себе подобными, – раздался от двери немного порыкивающий голос.

Все заоборачивались и увидели, что на пороге стоит странное существо. Очень высокого роста мощная человеческая фигура была увенчана собачьей головой.