ПНЛ или Приключения некромантки Леночки

 Секретарша отложила нож, встала из-за стола, взяла у меня букет и вышла в коридор, я же молнией метнулась к Коле, схватила его за воротник рубашки и приблизив лицо почти вплотную к его (вид у напарника при этом стал довольно офигевшим, а глаза как-то странно заблестели) шепотом зачастила.

- Коля, что на тебя нашло? Умоляю – веди себя прилично и не нарывайся! 

- Да я не...

- Ты нарывался! Да, мне тоже не нравится этот Фридрих, но он местная шишка! За Правителя я вообще молчу! Мало нам неприятностей с демонами, что ли? И вообще.

- Точно не нравится?

- Кто? Что?

- Хранитель этот.

 Тут настала моя очередь офигевать. С чего это он мне должен нравится? Да, красивый мужик, но мутный какой-то. А еще и с Пал Палычем не в ладах.

- Вот те пентаграмма.

- А почему глазки ему строила?

- Дурак, это был отвлекающий манёвр, ведь нам с ним еще работать придется! И вообще, я тут по делу, а не лямуры с местными крутить.

- Понял, извини. Больше это не повториться.

 «Бом! Бом!» - это «ожили» часы на стене, отбивая девять часов. Я как раз успела поправить Коле  измятый мною воротник его  рубашки и отойти на пару шагов, как  дверь кабинета распахнулась, и приятный баритон произнес.

- Елена, Николай, прошу вас.

Ну, раз просят – значит пора. Переглянувшись, мы шагнули в кабинет Правителя Эрдара.

МОН. Глава 3.

                   Маленькое, но ответственное поручение

Помня нашу  первую встречу с Хранителем, в кабинете я ожидала увидеть расфуфыренного дядю в златотканом камзоле и с короной на голове, однако Правителем оказался  мужчина лет  сорока пяти на вид, одетый в самые обычные бежевые льняные брюки, белую рубашку-поло и светло-коричневые сандалии, а из украшений были лишь золотой значок -  такой же, как у секретарши, тонкий браслет на правой руке и неброский перстень-печатка на большом пальце левой.

  -  Елена, Николай, рад с вами наконец познакомиться очно.  Я – Правитель Эрдара Александр. Можно просто Александр, без всяких господ и правителей.

Он протянул руку для пожатия сначала мне, а потом Коле. Ладонь была теплая и сухая, пожатие – крепким,  улыбка – располагающей,  да и сам Правитель просто источал уют и радушие (к тому же, звали его, как моего папу),  но все же я не торопилась с выводами.