Чистота-порядок и прочие каверзы

, — пояснил Левашёв.

Летний ливень был сильным, но, как это всегда и происходит, не продлился долго. Олег шел домой, щурясь от яркого солнца, подло бьющего в глаза из луж, унося с собой клубничный рулет и тот самый стеклянный шар, завернутый в газету. После этого визита он еще очень долго не возвращался в дом с каланчой. И больше ни разу не беседовал с его странным хозяином.

Двадцать четвертого мая следующего года Левашёв скончался. Несколько лет спустя умерла и бабушка Олега. Ее дом родители быстро продали дачникам вместе с частью мебели, включая старый, покосившийся на один бок сервант, на полке которого, забытый, остался лежать стеклянный шар с маленькой балериной.

***

На обед Олег остаться не смог: его вызвонил отец и чуть громче, чем следовало, велел мчаться домой. Елена сжалилась над парнем и таки проводила его до калитки. При этом, в очередной раз пронаблюдав, как он нервно косится на запущенный малинник, изрядно пофыркала на такую реакцию. Мысленно, разумеется.

Весь остаток дня она почти не высовывалась во двор.

Когда от праведных трудов уже начало сводить спину, девушка решила, что на сегодня хватит, и они с котом поужинали. Лена — сосисками и макаронами, а Васька — нежнейшим паштетом из утки, который пах, дай бог, как тушенка, а выглядел и того хуже. Но лоснящийся котяра на упаковке довольно лыбился, а рекламный слоган клятвенно обещал питомцу райское наслаждение.

После ужина Васька сел умываться, а Елена плеснула себе чая и прошла в гостиную. Она прежде особо не рассматривала комнату, только вымела грязь и вытерла пыль со всех горизонтальных поверхностей. Сейчас же она задумчиво замерла в ее центре и осмотрелась.

Большие окна, пустые застекленные шкафы по стене, уводящая на второй этаж лестница, чуть более светлые обои в местах, где, очевидно, висели картины. Кстати, одна из них осталась на месте, и Лена подошла ближе, чтобы ее рассмотреть.

Под тонким, запыленным стеклом оказался вовсе не образчик живописи, а старая, изрядно выцветшая афиша. Разноцветные ромбы на ней складывались в гротескное изображение Арлекина, который, как и положено Арлекину, кривлялся, умудряясь при этом размашисто указывать на вычурную надпись, которая венчала афишу:

Дриго. Балет «Арлекинада»

Лене стало как-то грустно, и даже немного защипало в носу.