Организатор потоков

Так есть гайки?

Илья прикрыл рот рукой, чтобы не засмеяться в голос, а в подвале зазвенело что-то перекладываемое с места на место. Сидорович, судя по всему, искал гайки.

— Благодарствую, папаша, — весело сказал Рэдрик.

Зашаркали по ступеням шаги, и улыбающийся Шухарт вышел из бункера, щурясь на проглянувшее из-за туч солнце.

— Первый раз про такие слышу: «Ломоть», да «Медуза», да «Цветок каменный».

Присел прямо возле бункера, ссыпал в траву горсть гаек и стал рвать рубаху на полосы. Илья сел рядом.

— Не страшно? — спросил он сталкера.

— Нет, — мотнул головой тот, привязывая полоски материи к гайкам. — Интересно. Понимаешь, если я — книга и они — книга, то книги мы очень разные. Как детский сад и тюрьма. Злой детский сад. И безразличная тюрьма. Пойдем.

Когда подошли к ржавой железной трубе, окутанной странным, подрагивающим маревом, сталкер беззлобно выругался.

— Если так все здесь, то на кой ляд мне гайки вообще?

— В смысле? — не понял Илья.

— Ну вот, смотри.

Шухарт вскочил на трубу, балансируя, прошел по ней и спрыгнул с другой стороны.

Пнул какой-то ящик, что-то поднял, рассмеялся беззлобно, прыгнул и полез обратно уже внутри трубы. Выбрался, отряхнулся и протянул Илье сверкающие не то камни, не то стекляшки с вкраплениями какой-то породы.

— Если с остальными так, то да, детский сад, — констатировал сталкер.

* * *

Остальные цацки были получены также быстро. И, уже возвращаясь к бункеру, Рыжий с библиотекарем решили задержаться у костра, где сидела разношерстная компания с гитарой, передающая бутылку водки по кругу.

— Здравствуйте, отчаянные, — поздоровался Шухарт.

— Здравствуй, сталкер, — поздоровались в ответ.

Присели у костра. Кто-то протянул Рэдрику початую бутылку. Тот отпил, поморщился. Тихо констатировал:

— Не коньяк.

— Ну, так уж тут повелось, беленькая в чести.

Игравший на гитаре отложил ее и мечтательно протянул:

— Подсобираю артефактов, разбогатею, новую жизнь себе куплю...

Глаза Шухарта загорелись нездоровым блеском.

— Новую жизнь? — отстраненно спросил он.

— Знаешь, я ведь тоже себе жизнь новую хотел купить. Чтоб жена моя, Гута, в роскоши, значит. Мартышка чтоб человеком стала. Врачей самых башковитых думал оплатить... да не то это оказалось.

— Как же не то? — возразил кто-то из сидящих у костра. — За деньги можно все купить. Хоть даже любовь со счастьем.

Шухарт сделал еще несколько глотков и, глядя в костер, не обращаясь ни к кому, заговорил:

— Были у меня деньги. Много денег было. Да не в них счастье, оказалось.