Король, королевство и молодость в придачу

Трава шуршала, водяные прогалины тревожно поблескивали тут и там. Меня передёрнуло от воспоминания о ледяной воде, в которой я сегодня искупалась.

Потом вспомнила о короле. Передернула плечами еще раз и оглянулась, нет ли погони. В этом мире даже нет ночи, чтобы скрыть беглецов под своим покровом.

К счастью, никого не было видно.

Болото все не кончалось. Наверное, оно брало начало от тех ледников, что бело-розовыми грядами возвышаются справа от нас.

Под ногами частенько чавкало, и я с беспокойством ожидала, что мы вот-вот провалимся, даже руки побелели, напряженно сжимая поводья.

Я поглядела на Илунара. Он ответил молчаливым кивком, соскочил с иуна и полез в прибрежные чахлые кустики с полуоблетевшей желтой листвой. Мой организм в свой черед обрадовался: «Кустики!» и тоже возжаждал там побывать. Шутка ли сказать, уже сколько времени я тут, еще и чашку горячего отвара выпила. Я соскочила с иуна, и, приглядев поблизости еще кустарник погуще, бодро побежала туда.

К моему возвращению Илунар вытащил из-под приникших к земле ветвей небольшую долбленую лодку, и очищал ее от палой листвы.

— Мы оставим иунов тут? — спросила я, оценив размеры лодчонки.

— Они хорошо плавают, — ответил Илунар, стягивая поклажу с моего иуна. — Переберутся вслед за нами.

Он закинул мешки в лодку, столкнул ее на воду, показал мне мое место. Сам сел на среднее сидение, спиной к носу, взяв в руки отполированные весла.

— Вар-вар-вар! — позвал Илунар. Иуны подняли головы, оторвавшись от пощипывания пожухлой травы и, чихнув пару раз, покорно вошли в воду. Их косматая длинная шерсть всплыла, извиваясь вокруг них, словно волосы внезапно поседевшей горгоны Медузы.

— А ты ведь давно готовился к побегу? — усмехнулась я, глядя на Илунара, разбивающего веслами небольшие волны прозрачного протока.

Илунар ответил мрачным взглядом и промолчал.

— Ты мне обещал рассказать о твоем мире, — напомнила я.

Илунар отвел глаза, немного подумал, потом посмотрел в мои глаза и твердо сказал:

— Я не могу ничего сказать, что помогло бы тебе выжить здесь, потому что в любом случае ты обречена.

— Что это значит? — с похолодевшим сердцем спросила я. Я привыкла никогда не сдаваться, а тут вдруг его интонация и взгляд… В них была уверенность.