Не проклинайте мужа Светом

Торчащие во все стороны белесые патлы, озорная улыбка, оголенные до неприличия исцарапанные коленки и нечеловечески яркие зеленые глаза, в которых горела искорка неугасимого любопытства. – Давно тебя не было! Проходи, проходи, моя хорошая, с самого утра тебя жду!

– Здравствуйте, госпожа Ольдман, – коротко поклонилась я, старательно держась единственной безопасной тропинки. – Как дела? Как здоровье?

«Девочка» звонко расхохоталась, а когда я поднялась по ступенькам, погрозила мне пальчиком.

– Вот шутница. Все подтруниваешь над бабушкой?

– Какая же вы бабушка? – пробормотала я, снимая туфли и босиком проходя в небольшую, увешанную плетеными ковриками гостиную, где уже был накрыт стол, стояло огромное блюдо румяных пирожков и дымились две чашки с травяным настоем. – На вас пахать можно еще много-много лет, а то, глядишь, и замуж позовут.

– Тьфу на тебя, негодница, – беззлобно фыркнула травница, лихо захлопывая за мной дверь и вприпрыжку подбегая к столу. – Садись давай, зелье стынет. А травы свои на пол клади. Да не бросай, а аккуратненько, осторожненько… Я ведь правильно стебелек разрыв-травы там увидела, да?

– Правильно, – ничуть не удивилась я и бережно сложила свою ношу возле двери. – Даже спрашивать не буду, откуда вы узнали, что я приду.

Госпожа Ольдман снова расхохоталась.

– Что ты как маленькая, Хель! Сколько лет прошло, а все бабкину оплошность вспоминаешь!

Я скептически искривила губы. Ну да, оплошность. Кинуть вместо бодрящей травки корешок первоцвета, снимающий с суккубы любую личину, – хороша ошибочка, да? Я потом три дня не могла облик сменить! Теперь всегда спрашиваю, хотя и не уверена, что мне ответят правду.

При виде моего выразительного лица «девочка» укоризненно покачала головой.

– Да нет там ничего серьезного. Так, легкое успокоительное, немного тонизирующего… Тебе ведь не помешает, верно?

На меня в упор взглянули проницательные, пробирающие до дрожи зеленые глаза, похожие на бездонные лесные озера.