За тридевять земель

Василиса углядела свою царственную тётушку, восседающую в первом ряду рядом с лощёным пожилым джентльменом, слегка напоминающим сгинувшего Оззи.

Тави проследила за её взглядом и хихикнула:

— Наконец-то они нашли друг друга. Там, впереди, правители сидят. О, смотри, супруга старшего Горыныча пожаловала, с коллегой.

И, действительно, на поляну плавно опустились два дракона: один был стройной и уменьшенной копией Миха, а второй потрясал воображение невероятной помесью дракона и кошки: короткие челюсти, длиннющие узкие крылья и задние плавники, и, главное — пушистая разноцветная шерсть по всему телу и богатейшие, закручивающиеся усы.

Василиса восхитилась и начала абсолютно беззастенчиво озираться — кто там ещё совсем сказочный найдётся? Углядев белоснежного огромного волка с пышной гривой, она вопросительно повернулась к Тави. Та приветливо махнула волку лапой и объяснила:

— Это от японцев, Оками. Между прочим, обещал хорошую трёпку нашему общему серому другу устроить, за все его последние художества.

И, действительно, по одежде, да и по лицам, не говоря уже о сказочных особях, национальную принадлежность отдельных групп определить было не сложно. Сзади послышалось оживлённое щебетание на французском — обсуждали недавнюю браконьерскую вырубку плодоносящей каштановой рощи и вывоз стволов в соседний мир. Судя по комментариям, настаивать галлы будут не меньше, чем на ста годах изоляции. Василиса забеспокоилась, и пересказала подслушанное Тави.

— Да кто эти каштаны есть будет, кроме галлов и кабанов! И на сто лет они могут не рассчитывать, путь лучше у себя порядок наводят, а то, говорят, у них на каком-то озере целая колония капп образовалась, а никто и не пошевелился. А уж что её речные родственницы вытворяют, — и пума кивнула на Макси, — пером не описать. А они — нет, чтобы образумить — балеты о подвигах безобразниц сочиняют.

Василиса хихикнула:

— «Жизель», да?

— Название не помню, а что танцуют там ундины, и народ ваш смотреть ходит — мне как анекдот рассказывали.

Тави замолчала и стремительным выпадом лапы сцапала прямо у ног Василисы весьма упитанную и необычно пушистую мышь, поднесла её к носу, с любопытством обнюхала и поинтересовалась:

— И кто это у нас здесь шпионит?

Глава 21. Совет на Олимпе

Мышь, пойманная Тави, задёргалась, отчаянно пытаясь высвободиться, и возмущённо запищала.