Будьте моей вдовой

Знаете ли, у каждого свои предпочтения, ничего против не имею, но… всего должно быть в меру.

Я быстро направилась в кабинет. Здесь царит полумрак, запах благовоний, смол и пепла. Там, где прах, смерть и некромагия, всегда так.

Наверно, стоит представиться ещё раз: Марджари Шитара из рода Чёрных некромантов, познавшая Перерождение, достигшая уровня Мастера ши-хотори, свободная женщина. Уже пятнадцать лет как уважаемая жительница Шавасаки, отмеченная почетной грамотой из рук мэра.

Моя работа — зачаровывать урны для праха, чтобы духи умерших могли на время приходить туда и общаться со своими родственниками.

С тех пор, как боги решили, что это измерение слишком странное, и махнули рукой, границы между мёртвыми и живыми прилично истончились. В итоге смерть перестала быть такой серьёзной проблемой, как раньше. Горе — это если кто-то уходит навсегда. А если ушёл на время, а потом явился и лопает твой ужин, то это не горе — это надо просто готовить больше.

Поэтому недостатка в клиентах у меня не было. Институт семьи в Шавасаки крепок, никто своих родных не собирался оставлять без присмотра — что здесь, что на Облачных островах.

Я скользнула взглядом по заготовкам урн, стоявшим на верхней полке. Так, госпожа Анорико Исудзу была очень привлекательной, приятной женщиной, обожавшей цветы и крохотных птичек. Поэтому и подберем ей что-нибудь нежное и изящное.

Стащив небольшую урну, я покрутила её со всех сторон, прикидывая, чем украшать крышечку и какой узор наносить на неё саму урну.

— Ну, госпожа Исудзу, давайте займемся вами, — с улыбкой тихо сказала я.

С четой Исудзу я была знакома давно. Их «Ночная закусочная» — одно из самых очаровательных мест в городе. Поэтому и хотелось не просто сделать свою работу, а и вложить что-то от себя, как от хорошей знакомой.

Я вышла и направилась в другую комнату, насвистывая песенку о шаловливой кицунэ, которая повадилась ходить в гости к гордому мастеру мечей и в итоге стала его возлюбленной.

В дверь неожиданно постучали.

— Войдите! — крикнула я и сделала круговой жест рукой, после которого тут же послышался щелчок открывшегося замка.

В дверном проёме показалась худощавая фигура Бай-дзэ, рогатого льва-химеры из Джапоны, который живётл тут уже более полувека и является почтенным хранителем и консьержем нашего дома.

— Мардж, к тебе должны были прийти гости? — поинтересовался он низким голосом.

Я приподняла брови.

— Кроме господина Исудзу — никто.