Будьте моей вдовой

Я мрачно оглядела гору коробок, которая толком не вмещалась в мой несчастный коридорчик.

— Очень мило. Но я жду ответа на свой вопрос.

— Марджари, — терпеливо начал Алон, — ну вы же не первый день живёте. Прекрасно знаете, что на индивидуальный заказ нужно время. И если бы мастер Розенцвайг не был столь опытен и имел куда меньший запас чжу, то всё это заняло бы…

— Ноах.

Алон резко замолчал.

Я произнесла фамилию тоном, которым Чёрные некроманты приветствуют тех, кого собираются отправить к Подземным рекам.

В коридоре тут же стало холодно.

Своих глаз я не видела, но готова поспорить, что из карих они стали бездонно-чёрными. Так всегда, стоит только родовой силе очнуться ото сна.

— Что, Марджари? — спокойно спросил Алон.

Держится отлично, сам далеко не слабый маг. Но при этом уже просчитал и взвесил, чем может обернуться моё недовольство. С некромантами, к тому же ши-хотори, лишний раз лучше не связываться. Мы слишком непредсказуемые ребята.

Но сейчас я точно знала, что имею права требовать ответ.

— Я. Жду. Ответ.

— Что ж… Я знал, что не останусь без жены, — наконец-то ответил он. Несколько раздосадовано, но всё же ответил.

Я приподняла бровь.

— А если бы я отказала?

— Вы были лучшим вариантом, но не единственным.

А-та-та по моему женскому самолюбию. Но всё же честность лучше, чем пляски вокруг да около.

— Спасибо, ответ удовлетворил, — кивнула я.

— Отлично. — Алон протянул мне тонкую папку с бордовой обложкой. — Завтра мы идём к нотариусу, поэтому прошу вас изучить это.

— Что тут? — насторожилась я, но папку взяла.

— Информация обо мне. В конце концов, я — ваш любимый мужчина, за которого вы выходите замуж.

Я открыла папку и просмотрела исписанные листы. Неплохо, даже очень неплохо.

— Здесь точно всё?

— Да. Вплоть до моих предпочтений в оттенках рассвета и шрамов на местах, скрытых одеждой от чужих глаз.

— Нет-нет, никаких мест, скрытых одеждой.

Он искренне изумился:

— Предпочитаете заниматься любовью, не раздеваясь?

— Никакой любви до печати, поставленной на брачном контракте.

Алон оторопел от такого поворота.

А вот цук тебе, золотой наследник, а не все радости жизни!

— То есть, Марджари?

Я невинно захлопала ресницами.

— Я должна удостовериться в серьёзности ваших намерений, прежде чем отдать всё то, что берегу для любимого и единственного.

— И что, таки бережёте?

— Алон, не будьте занудой.

Он чуть нахмурился, откинул светлую чёлку, а потом расхохотался.