Содержанка герцога

Показалось ли, но взгляд мистера большая шишка смягчился, когда он принялся усердно массировать покраснение пальцами.

— Сейчас пройдёт, потерпи немного.

Пф‑ф‑ф, покалывание дискомфорта не вызывало, а ноющая боль — привычное ощущение любого пользователя компьютера, подобного мне. Кроме этого со мной случились: мигрень, беспричинная усталость, бессонница, апатия, с которой лично я боролась двойной атакой милоты.

Котятки.

Взяла себе двух беспородных красавчиков и не пожалела. Мм‑м… Ласковые, нежные мои пушистики урчат и благодарят каждый раз после еды.

Ох! Их же надо покормить! Так, необходимо срочно просыпаться. Сро‑о‑очно!

— Всё, — отвлёк меня герцог, а заметив моё тревожное состояние, сильно удивился: — Неужели было больно?

— Что? — Я невменяемо посмотрела вначале на него, затем на руку.

— Ай, не в этом дело, — отмахнулась я. — Пусти, мне пора.

— Но куда? — Вопреки просьбе Праудмор не отпускал, держал крепко. — На ночь глядя?

— Там котята! Их нужно покормить, мне уже пора вернуться к себе!

Недовольно потянула руку, чтобы вырваться.

В следующую секунду послышался задумчивый бубнёж:

— Температуры нет. Но ты, похоже, ударилась головой во время происшествия. Бредишь. Идём, провожу тебя до спальни. А сам отправлю весточку в город и вызову доктора.

— Что? Да нет же, я в порядке, — воспротивилась его заботе.

Попыталась его оттолкнуть. Увы, безрезультатно.

— Хорошо, как скажешь.

Надменная улыбка исказила губы аристократа — последнее, что я увидела, прежде чем веки медленно опустились из‑за приятной сонливости, утягивающей моё сознание в непроницаемую глубокую темноту.

* * *

Судорожный вдох и я проснулась, резко открыв глаза.

Что‑то не так. Ощущение упущенного смысла прочно засело в памяти и заставило поморщиться как от зубной боли.

Резкость зрению приходила постепенно, поэтому я не сразу заметила антураж, в котором очнулась столь неожиданным образом.

Спальня.

Не так.

Шикарная спальня, обставленная в средневековом стиле с примесью индийского колорита — узоры вышивки на шторах, золотые шнурки с кисточками, вычурные ламбрекены, резная мебель. И, конечно, балдахин из бледно‑розового шифона над кроватью гигантских размеров.