Дракон среди нас

Дракон на это заинтересованно дрогнул бровями, а третий человек, смуглолицый, горбоносый и очень весёлый с виду, заключил:

– По-моему, он не знает про второй завтрак!

Амриго сумрачно молчал, глядел вперёд и делал вид, будто никакого Илидора тут нет, из чего дракон сделал вывод, что балясник – не большой охотник до общения, и это Илидора полностью устраивало: сам он с куда большим удовольствием выбил бы Амриго зуб-другой, чем стал развивать знакомство.

Дракон понадеялся, что Йерушу хватит ума подождать его в лавке ювелира, а не разгуливать по чужому городу с деньгами в одно своё малозащищённое эльфское лицо.

За чертежи Илидор был спокоен: тубус он носил в своей поясной сумке.

Циркачи отвели его в харчевню неподалёку. Это была приземистая длинная мазанка, свежепобеленная по осени, расписанная цветами, пирогами да ягодами. Внутри пахло подошедшим тестом, варёным мясом, жареным луком и морковью, и в животе отзывчиво заурчало.

Девица-подавайка принесла им большую ковригу тёмного хлеба, миску шкварок, варёные яйца кур и уток, горячую и очень густую острую похлёбку на эле с грибами, морковью и репой, сладкие творожники со сметаной.

Олава-Кот потребовал также два больших кувшина пива, которое, по его словам, великолепно варила хозяйка, жена харчевника. На удивлённый взгляд Илидора пояснил, что в такое сложное время жизни, которое сейчас переживают циркачи, большой кувшин пива на завтрак – благотворнейшая вещь.

Утолив первый голод и разлив по кружкам пиво, Олава-Кот вкрадчиво спросил:

— Ты расскажешь нам про дракона? Нам очень интересно узнать про дракона, который тогда унёс с представления нашего мальчика.

— Не вашего, — тут же отбрил Илидор, с трудом вынимая себя из сытой расслабленности.

Подчищая кусочком творожника остатки сметаны, Олава-Кот невозмутимо возразил:

— Тогда Ерджи был нашим мальчиком. Вот сидит мой добрый друг Хмет. Он может подтвердить, что честно и собственноручно купил того ребенка в дальних людских землях, именуемых… Как именуют те дикие места, Хмет?

— Декстрин, ага.

Хметом звался смуглолицый горбоносый весельчак. Он присоединился к разговору, одновременно передвинув свой табурет так, чтобы оказаться поближе к миске со шкварками.

— Того мальчонку купил я в Декстрине, — повторил Хмет, набирая ложкой со дна миски шкварки и натекший с них жир. — Места дикие, злющие, холодные. А мальчонка сиротой остался, ага. Олава-Кот говорит справно: в цирке лучше было ему. А дракон его забрал.