"Тяжела ты, долюшка Кощеева"

И они пошли в тридевятое царство, причем очень быстро пошли, пока с ними не произошла очередная неприятность.

Наступил полдень, солнце палило, не щадя ничего живого вокруг. Даже суслики сидели в реке и с удивлением смотрели на прошедших мимо путников. Им тоже захотелось окунуться в воду, но у Кощея были плохие воспоминания о речках, и он боялся к ним теперь даже подходить.

Недалеко прошел отряд эльфов, их похоже не брала никакая природная аномалия.

— Вот уж поистине дети природы, — сплюнул на землю Бессмертный и почувствовал, что что-то не то.

Фея, увидев остроухих, закрыла его собой.

— Вы ошибаетесь! Он ничего не делал! Он наоборот меня спас от злой Ведьмы! — солгала фея. Она знала, что обманывать нехорошо, но боялась, что Кощея убьют.

Эльфы переглянулись и опустили оружие. Вперед вышел эльф с длинными черными волосами, заплетенными в косу и грустными, фиалковыми глазами.

— Меня зовут Антэйн. Мы не хотели причинить вам вреда, просто вы выглядите очень подозрительно.

— Мы просто с моим другом спасались от Ведьмы, — ответила фея.

— А зачем вы к ней ходили? — подозрительно покосился командир отряда.

Фея демонстративно вздохнула, мол негоже лезть в личную жизнь, но призналась, что у нее нет крыльев, они в этом и сами могут убедиться, а к Ведьме ходили, чтоб она ей их подарила, но она оказалась очень злой и гостей похоже не любит.

Антэйн мысленно согласившись с ней кивнул, о Ведьме слышали все, а затем задумчиво посмотрел на Кощея и пригласил их во дворец. Это было очень странно, и спутники настороженно переглянулись, они бы ни за что на свете не пошли туда, но это приглашение прозвучало скорее, как приказ, и они с грустью поплелись следом за эльфами.

— «Что еще удумали эти остроухие?» -думал всю дорогу Бессмертный, он знал, что они ничего не делают просто так, и им следовало ждать какой-нибудь подвох.

Кощей посмотрел на командира эльфов, тот шел гордо, подняв голову и даже не оборачивался, будто знал, что им все равно не удастся сбежать. Фея быстро шла рядом, она еле успевала за ними. На ее лице было написано крайнее недоумение, но женщина предпочитала помалкивать.