Путь Дракона – шаг 1. Планета Гончих

В его ногах лежал жезл, около правой руки стояла коробочка с широкими белыми лентами. По обе стороны стояли помощники, один держал свиток и карандаш, рядом со вторым находился сундук для подношений. Чуть дальше расположились несколько служителей. У входа в волнении переминались кандидаты в послушники, их одинаковые серые балахоны с капюшонами символизировали бренность телесного и желание отречься от прежней жизни. По знаку служителя кандидаты по одному приближалась к Верховному Жрецу для беседы и определения их готовности посвятить себя высшему делу.

Очередной искатель истины подошёл и преклонил колено.

— Что привело тебя сюда, беспокойная душа, что ты ищешь?

— О Верховный Жрец, я хочу знать, сколько тьмы нужно впустить в душу, чтобы победить тьму?

Бунопом слегка вздрогнул, приоткрыл правый глаз, но тут же опять закрыл и наставительно произнёс:

— Неужели ты забыл, что нашим первоочередным и единственным стремлением должно быть наполнение души светом? Только свет разгоняет тьму.

— Моя душа была полна светом, но тьма вокруг становилась гуще.

Жрец некоторое время обдумывал эти слова.

— Я чувствую в тебе большую силу духа, — наконец сказал он. — Что ты принёс в знак готовности следовать за нами?

— Самое ценное, что у меня есть.

В руку жреца легло что-то мягкое. Бунопом уставился на бархатное ожерелье с инициалами правителя, быстро скомкал его в кулаке и встал.

— Духи хотят поговорить со мной! — По пещере раскатилось эхо. Служители поспешили прочь, выгоняя соискателей. — Он останется, — негромко обратился жрец к помощнику и положил руку на голову текущего кандидата.

Когда пещера опустела, Бунопом сел и сердито сказал:

— Почему ты явился только сегодня? Я ждал тебя три дня назад и уже опасался, что ты попался.

— Некоторые дела задержали, — ответил Рой, вставая и снимая капюшон.

— Всё со своими разбойниками путаешься. Ты бы определился, ряса, или перо.

— Пока одно другому не мешало.

— Зачем маскарад, почему не стал ждать в условленном месте?

— Тренируюсь мимикрировать.

— И срывать церемонии?

— Что я опять не так сделал? Остальные в таком же духе отвечали.

— А это, по-твоему, всё так? — потряс Бунопом ожерельем. — С ума сошёл при всех чёрным ошейником разбрасываться. Надеюсь, кроме Лепома, никто не увидел.