Марья Бессмертная

Посох я оставила снаружи, поэтому ненужных вопросов, вроде «а кто это потом выносить будет?» задать было некому.

Так что, стараясь об этом не задумываться, я быстро привела себя в порядок и поспешила вернуться в комнату.

Раздевшись, рухнула на перину, славно так утонув в ней.

— Посох, свет выключи, — пробормотала из последних сил и уснула.

Во сне я сидела у себя дома, на кухне. Бабушка поставила передо мной чай и села напротив. Я сделала глоток. Как это бывает во сне, вкуса не почувствовала. Спросила:

— Бабушка, а ты правда баба Яга?

Бабуля засмеялась.

Сначала тихонько, потом громче, еще громче… Улыбка становилась шире, демонстрируя ослепительно белые, совершенно не старушечьи зубы.

— А ну, Марья, вставай из-за стола! — сквозь смех произнесла бабушка незнакомым скрипучим голосом. — Неча рассиживаться! Ужо покажу тебе, какая я баба Яга! Вставай! Вставай…

Я вскрикнула и проснулась. А потом вскрикнула еще раз, с перепугу, узрев прямо над собой парящий посох с черепом, полыхавшим зеленым пламенем мне в лицо.

— Вставай, Марья! — твердил тот. — Вставай! Пришла беда, откуда не ждали!

Яр! — сообразив, наконец, кто это, я схватила посох и села в кровати. — Погоди, не голоси! Вот напугал, а, будильник инфернальный! Какая беда? Откуда?

Я быстро оглядела комнату, но все было спокойно. 

— Пока ты спала, я тут решил разговоры людские послушать, — ответил посох. — И услышал кое-что интересное, нас напрямую касающееся. А ну, направь меня вон в тот угол!

С трудом соображая со сна, я послушно развернула череп к указанному месту.

Сколько ж мне удалось поспать? Часа два? Три? Вряд ли больше.

Глазницы Яра вспыхнули зеленым, и в углу заклубилось облако странного искрящегося тумана, который, впрочем, тут же исчез, являя моему взору знакомый нижний зал корчмы в уменьшенном варианте. Такое ощущение, что я смотрю фильм в 3-D.

— Ух, ты! — я восхищенно покачала головой и снова зевнула. — Ночной сеанс? Ты еще и этот, как его, киномеханик, что ли?

— Не зубоскаль! — резко осадил меня посох.

— Сама посмотри, авось и сообразишь, что неспроста я тебя разбудил. Жаль, конечно, не с самого начала слушал, но то моя вина. Там купцы в карты играли. Ну, я и присоединился. 

— То есть, как присоединился? — изумилась я. — Из комнаты вылетел, что ли?

— Нет, конечно. Просто подсказывал неслышимо Глебу Никодимычу. Это тот, что с перстнем на мизинце. Мы, с ним на пару, изрядно на серебро порастрясли попутчиков евонных.